– Тогда хорошо, что не успела переодеться. Кстати, этот халат и рубашка мне всегда нравились, – сказал, на ходу снимая с себя свитер через голову. – Пойдем. И не беспокойся, что опоздаем. Я нагоню время в дороге. Верь мне, моя Маша.
Прошло время, а мы все еще лежали в постели. Спросила себя, хочу ли отстраниться от него, и честно ответила: нет. Но все же отстранилась и встала, а потом пошла за ширму одеваться.
– А может, ну ее, эту поездку? А, Машка? – Алексей тоже поднялся и потянулся за одеждой. – Осталась бы со мной. Ты же не станешь отрицать, что нам хорошо вместе? Вот только что было, и так всегда, когда делим постель.
– Надо лететь, Алексей. У меня билеты. Танюшка ждет. Магазины, девочки-продавцы. Я рабочая лошадка, праздность не для меня.
В машину садились молча. Всю дорогу тоже было не до разговоров. Приходилось нагонять упущенное время, а движение на трассе было плотным. Хорошо, что все же поспели вовремя. Оставив машину на стоянке в секторе вылета, взяли чемодан и пошли разыскивать мою подругу. Та поджидала нас около стойки регистрации пассажиров.
– Слава богу, ты успела, Машка, – встретила нас, косясь в сторону моего спутника. – Здравствуйте, Алексей Дмитриевич. Сколько лет, сколько зим!
– Привет, привет. Погодите-ка, я вас сейчас кое с кем познакомлю, – стал озираться он, едва только поздоровался с моей подругой. – С вами полетит мой парень. Поможет, чем сможет, и присмотрит, чтобы не обидели вас там. А, вот и он. Паша! Подойди сюда.
– Что за мужчина? – вытянула шею в ту сторону Танька. – Если высокий и плечистый, то, чур, будет мне другом. Да, этот мне подходит. Видала, Машка, какой симпатяга?! Это будет незабываемая поездка. Паша, вы женаты?
– Обязательно женат, – ответил за него Круглов. – Иначе я бы не приставил его к Марии.
– Ну, вот! Не успела обрадоваться, и нате вам… Ладно, пошли уже. Мы и так в числе последних будем регистрироваться.
– Идите. Маша вас сейчас догонит. Отойдем на минуту. Вон туда, – указал на колонну в зале.
Через пять минут я уже стояла рядом с подругой и нашим неожиданным попутчиком.
– Ты не говорила, что у вас все серьезно, – выговаривала мне Танька шипя, как гусыня, и отворачиваясь от Павла, как будто он не мог нас так услышать. – Послушать тебя, так вы сошлись на пару дней. А что я увидела? Нет, кого ты хотела провести?! Свою лучшую подругу. Взгляни на себя: губы совершенно неприлично опухли. А он? Молодожен, да и только!.. А в общем… Я рада за тебя, Мария. Ты молодец. Такого мужика заарканила! Только не отпускай его больше. Не будь дурой.
В самолете наши места были рядом. Все три места. Татьяна села около окна. Я рядом, а Павел сбоку от меня, закрывая от прохода. Как только благополучно взлетели, начали думать над тем, чем себя занять. Подруга решила перед тем, как нам станут стюарды предлагать еду, посмотреть фильм и начала жать на кнопки, подбирая, что поинтереснее. Паша, как только разместился в кресле, сразу надел наушники и увлекся музыкой. Я продолжала вертеться, не находя себе места и занятия. Поначалу тоже понажимала и повыбирала на планшете предложенные развлечения, но настроения остановиться на чем-то конкретном не было. Оттого и сидела, просто так поглядывая вдоль салона самолета.
– Зуева! Ты?! – около меня, а точнее рядом с Павлом, в проходе затормозила бывшая коллега по работе Ирина Латышева.
– Ира? Вот так встреча.
– Точно! Мир тесен. Я в отпуск. Лечу туристом. А ты?
– Я по работе, на неделю в Китай. Это моя подруга Татьяна, а это Павел, тоже из нашей компании.
– Неожиданная встреча. Правда? А ты, куда пропала тогда? Я не думала, что вот так, возьмешь и уйдешь… Слушай, может отойдем вон туда, чтобы поговорить. А то, я весь проход загородила, да и твоим друзьям мешаем. Ты как?
Мы с ней расположились в конце салона, рядом с какой-то лестницей. Здесь никому не мешали, и нас никто не беспокоил.
– Знаешь, в нашем отделе ни один сотрудник не поверил тогда, что ты могла так поступить. Это же надо было совсем не дорожить своим местом и карьерой, а ты жила работой…
– Что теперь говорить об этом?..
– Не скажи! Я и тогда всем говорила и сейчас утверждаю, что тебя просто подставили. А Николай Анатольевич каков оказался. Мне представлялось, что он к тебе благоволил, и должен был во всем разобраться, если уж не заступиться. Разве не он, не Широков, поручал тебе самые сложные задания? Сколько раз от тебя зависел успех его дела, и ты не подводила, вывозила на себе все тяжести и заморочки. Нет, разве это было не так?! И большая глупость была обвинить тебя в утечке информации. Это мое твердое мнение.
– Бог с ней, с этой историей. Все быльем поросло. Лучше, расскажи, как у вас там сейчас дела. Кто и где работает? Что вообще произошло за это время?
– Ничего особенного. Погалдели тогда, посуетились вокруг той неприятности, а через месяц уже все улеглось, и жизнь потекла в прежнем русле. По сути, у нас там образовалось даже что-то вроде болота. Никаких особых новостей. Произошли, конечно, небольшие кадровые передвижки…
– Кто занял мое место?
