Второй случай был несколько проще. Семья Ступиных перебралась в поселок десять месяцев назад, как раз под прошлый Новый год. Спустя месяц их сын Андрей обратился в истинного альтера. Все у них вроде бы складывалось нормально. Муж Илья был классным сантехником, работа для которого всегда имелась. Жена Светлана дома занималась шитьем и помогала в детском саду приглядывать за детьми. И вдруг она заявила, что больше так не может. Что именно выбило ее из колеи, объяснять она не пожелала. Но тут и без того все было ясно, такое случалось и прежде. Сознание Светланы, как она ни старалась, так и не смогло проломиться сквозь обывательское, навязываемое массовой культурой представление о вампирах. Проще говоря, она постоянно испытывала страх и опасение за собственную жизнь. Никакой вины Светланы в том не было – это уже особенности психики и воспитания. Некоторым людям даже с представителями иной расы трудно общаться. Что уж говорить о вампирах, пусть и не таких кровожадных, как в кино. Светлана и сама все это, должно быть, понимала, поэтому и не стала упираться и настаивать, когда муж наотрез отказался уезжать, сказав, что не оставит сына одного. Однако перед отъездом Светланы нужно было сделать так, чтобы она вольно или невольно никому и никогда не смогла указать путь к поселку альтеров. В идеале она должна была вообще забыть все, что происходило с ней после бегства от ловчих. Лучшим специалистом по санации памяти и ментальным блокам был Старопромыслов. Значит, ему и следовало заняться Светланой. Небольшая проблема заключалась в том, что домой она возвращалась одна. Когда супруги покидали поселок вместе, им, как правило, внушалось, что их ребенок находится в пансионате для альтеров, куда они его сами и отвезли. Разубедить их в этом не могли даже ушлые комитетчики со всем своим богатым арсеналом психотропных средств. Для Светланы же нужно было придумать историю о том, куда пропал ее муж. Просто заставить ее забыть о том, что у нее когда-то имелся муж, было невозможно – ей непременно напомнили бы об этом родственники и друзья. Да и дома наверняка осталось многое, что напоминало о нем. История о пропавшем муже должна быть предельно простая и непротиворечивая. Ну а поскольку лучшим выдумщиком среди воплощенных считался Игнат, его и отрядили Виктору в помощники.
– Да, и вот еще что, – вспомнил Соломон (хотя на самом деле он никогда и ничего не забывал), когда уже все собрались расходиться. – Какие отношения у тебя с Верой Шинкаревой? – спросил он у Димона.
– С той девушкой с братом-альтером, что я привез из Москвы? – переспросил на всякий случай удивленный таким вопросом Димон.
– С ней самой, – кивнул Соломон.
– Никаких. Я ее с тех пор не видел ни разу.
– Из разговора с ней у меня сложилось мнение, что она тебе доверяет.
– Женщины всегда влюбляются в своих спасителей! – проходя мимо, хлопнул Димона по спине Макс.
– Да ладно тебе! – недовольно дернул плечом Димон.
– Загляни к ней, – попросил Соломон. – Доктор Снайдеров полагает, что у ее брата в скором времени может случиться кризис инициации. Учителя тоже отмечают, что у парня все заметнее предкризисная симптоматика.
– Ну а я-то тут при чем? – не понял Димон.
– Ты разве не в курсе? Вера не хочет, чтобы ее брат становился истинным альтером.
– Ну, она что-то говорила об этом, когда мы сюда ехали, – Димон озадаченно дернул за лежащий на плече кончик банданы. – Я особенно не прислушивался. Полагал, что, пожив тут, она передумает.
– Не передумала. Она хочет переждать кризис и вернуться с братом домой.
– Глупо.
– Вот ты ей это и скажи.
– А сам?
– Я уже пытался – меня она слушать отказалась.
– Куда уж мне тогда?..
– Тебе что, трудно попробовать?
– Ладно, зайду я к ней на днях.
– Долго не тяни.
– Понял. Договорились.
Димон махнул Соломону рукой и вслед за остальными направился к выходу.
Соломон стоял и смотрел им вслед. У него было странное, незнакомое прежде чувство, как будто он так и не сказал им что-то очень важное. Или не услышал то, что они пытались ему сказать.
За воротами Соломонова участка Димона ждали Игнат, Макс и Рушан. Чуть дальше по дороге, метрах в сорока, стояли, дожидаясь их, Сергей, Виктор и Александр.
– Так что, мне моей дамочке отбой давать? – сразу же налетел на Димона Игнат.
– Я в делах сердечных плохо разбираюсь, – приложил ладонь к груди Димон. – Спроси у Макса, может, он что подскажет.
Игнат посмотрел на Макса. Блок усмехнулся и покачал головой. Сообразив, что его разыграли, Игнат обиженно насупился.
– Со своими дамами я сам разберусь, – он засунул руки глубоко в карманы широченных штанов. – Я про специалиста по сигнализациям спрашиваю. Она дала свое согласие. Я сказал, что позже мы к ней зайдем и обсудим детали. Теперь что?
– Соломон дал отбой, – уныло протянул Рушан.
– Ты не куришь? – спросил его Димон.
Рушан удивленно посмотрел на Димона. Странный вопрос. Димон сам не курил и отлично знал, что Рушан тоже не курит. Среди альтеров вообще мало кто курил. Зачем же тогда спрашивает? Или лучше: что означает сей вопрос?
Димон ждал ответа.
