Аэрус откинулся на спинку кресла, облегчённо выдохнув. Его воспитанник готов слушать.
— Ты должен был сразу придти ко мне со своими подозрениями. Ещё до того, как я начал в тебе сомневаться.
Плечи Тэлласа расслабились. Совсем немного, практически не заметно, но Аэрус знал, какой груз только что с них свалился. Он сам испытывал подобное облегчение.
— Политически своё решение я тебе сейчас обосную, но хотел бы начать с личного. Если ты до сих пор не поговорил с ней, думаю, это значит, что готов её отпустить.
Страж только снова опустил взгляд на свои руки.
— Ясно. Не готов, но отпустишь. Крепись, мой мальчик, ты знал, что легко не будет.
— Продолжайте. Я в порядке.
Аэрус внимательно посмотрел на человека, ставшего ему сыном. Да, конечно же он в порядке. Может даже пальцы не сломает при очередном упоминании одной известной им обоим Либры. Себе или кому-то, кто под руку попадется. Именно поэтому Аэрус понимал, что оставить этих двоих, а, точнее, теперь троих, (после разговора с Ситом он понял, что того нельзя сбрасывать со счетов), на одной планете — означало продлить агонию своего названого сына.
— Не сомневаюсь. Когда ты усомнился в моей лояльности? Когда я забрал выживших после нападения на мобиль Ричарда Трэнтона, где была Хоэри? Выживших нападавших.
— Нет, до этого. Было слишком много совпадений по провалам миссий и информацией, которой владели вы. Слишком. На момент нападения на мобиль я уже собирался… поговорить… но вы забрали пленных.
— Ты же не предоставил мне протоколы допросов.
— Простите, Либрас, но я предоставил, — вскинулся Страж. — Либрас Хиллар лично забирал их по вашему поручению.
— Либрас Хиллар в тот день уведомил меня об арестованных. В том контексте, что ты должен был мне о них сообщить, — Советник улыбнулся, но горькой, натянутой улыбкой. — Самое смешное, что эти энси ничего, кроме счета вербовщика, приведшего к Совету, выдать не смогли.
— Доступ к этому счету имели все советники, но никто из них не пользовался своими кодами в этот период, — сдержано сообщил Тэллас.
— Кроме меня, — закончил его мысль Третий Советник. — И в свете этого у меня возникает несколько вопросов к Эштону как к моему секретарю и доверенному лицу. Но прошу — давай не будем торопиться. Его могли подставить так же, как пытались сделать это со мной.
— Вас подставляли с самого начала. Очень многое ведет к вам. Включая вспышки восстаний на шахтах.
Аэрус кашлянул.
— Здесь… всё несколько сложнее. Их лидеры действительно входят в сферу моих интересов.
Тэллас не успел совладать с мимикой, позабавив покровителя своим изумлением.
— Вы организовывали восстания? Заведомо провальные? Это же…
— Всё, остановись. Я этого не сказал. Я сказал, что их лидеры входили в сферу моих интересов. Я просто пытался перехватить инициативу. Эти… люди, — Аэрус внимательно отслеживал реакцию приёмного сына, всё ещё причислявшего себя к этим самым "людям", а для остальных — рабам. И вынужденного допрашивать их, находясь по другую сторону закона. — Эти люди меня действительно интересуют своим потенциалом. Ты знаешь, какие реформы я пытался протащить на Соледаре, даже Альянс для этого привлёк.
Тэллас кивнул, сжав кулаки. Он знал. Наглядным примером действенности таких реформ был он сам — бывший раб, получивший пост Главы Тайной Службы не только благодаря покровителю. Но все власть имущие предпочли увидеть именно это, просто отмахнувшись. Да и на Соледаре начались проблемы более насущные на тот момент. От реформ отказались.
— Эти люди… которых ты отбирал. Они живы?
Тэллас Кэррай надеялся, что не выдал своего смущения наставнику. Он, пришедший с обвинениями в предательстве, сам нарушал закон.
— Официально — нет.
Аэрус хлопнул раскрытой ладонью по столу, явно выражая одобрение.
— Ни капли в тебе не сомневался по этому поводу. Закон нарушать нельзя. Официально.
Тэллас выдохнул. Ещё один камень с совести. Ему действительно было мерзко что-то скрывать от своего наставника. Но чем больше у них общих тайн, тем меньше шансов соблюдать нейтралитет в противостоянии советников между собой.
Придётся не просто делать выбор, но и открыто принимать сторону.
— Теперь о приоритетной проблеме, — нарушил возникшую паузу Третий Советник. — Я лично даю тебе право вето на своё решение. Конечно, риск увеличится, и другой способ мы можем искать годами. Но я не хочу, чтоб ты меня возненавидел за это.
— Простите, Советник. Это всё громкие слова. Риск оправдан, тем более, что это будет сделано с их согласия. Но… я не могу обещать, что не воспользуюсь этим… вето, если её жизни будет угрожать непосредственная опасность. При этом вторую часть плана не считаю необходимостью. Если приманка сработает, как представитель Альянса на Соледаре Либра Хоэри принесёт больше пользы, чем за его контуром.
