Уже очень давно он нормально не спал. Должность не позволяла. И он сейчас не о должности секретаря Третьего Советника.
По сути, предполагалось что это Сonsilio Аutem Рares — Совет Равных. Но люди не были бы людьми, если бы среди равных не выделяли тех, кто всё таки равнее.
Иерархия она такая. Необходимое зло. Иначе — хаос.
И его место в иерархии слегка покачнулось.
Эштон Хиллар двумя пальцами взял лежавший перед ним маленький белый кристалл с едва различимым розоватым оттенком. Покрутил перед глазами, рассматривая на просвет.
Вздохнул, вставляя его в свой, сделанный специально для него под левую руку, брасфон. Это был продукт-симбиот, сочетавший в себе электронные и эдектрооптические технологии, развитые только на Соледаре, с использованием специально выращенных и по-особому ограненных кристаллов. Такой симбиоз на Соледаре не то, чтобы запрещался, как большинство электроники, но не приветствовался.
Однако Хиллар не был консерватором.
Именно поэтому так увлёкся проектом ненормального ученого, даже стал лично его курировать, выбив у Великого Дамкара финансирование. Была б его воля — он не ставил бы Владыку в известность, предоставив уже готовый результат, способный в разы приумножить богатства теневой Империи Энси. Но шпионы… Уж лучше успеть первым.
И вот.
Практически восемь месяцев дорогостоящих работ, штат ученых, готовая технология и расчёты. А в результате — вот эта розоватая дрянь. Которая не работает.
Эштон сдержал вздох. Дело совершенно точно было не в технологии и рассчётах — Хиллар лично забрал их у Дэрека, которому в оплату помог инсценировать собственную смерть, чтобы заманить обратно на Соледар Альянс, взявший под крылышко бывшую жену учёного, на которой Либрас Хоэри был конкретно так зациклен.
Тот ещё псих. Но полезный.
Пока его не прирезал собственный… опытный образец. Хиллар практически стал свидетелем, но рабу удалось уйти. Вместе с результатом эксперимента.
И вот, настоящим шоком для Дамкара Хиллара стало то, что Дэрек Хоэри выжил. Причем сам Эштон был уверен, что не просто выжил — ВОСКРЕС! Ведь он лично видел перерезанное горло и пытался нащупать отсутствующий пульс. Он готов был поклясться, что учёный мёртв.
А тот вдруг встал и, зажав одной рукой горло, протянул другую к Эштону, успевшему к тому моменту связаться с Великим Дамкаром, прося инструкций.
Воспитанный в строгих традициях культа энси, Хиллар сам испытал благоговейный ужас, но будучи циником по натуре, быстро взял себя в руки.
В отличие от Великого Дамкара, перед которым воскрешение состоялось практически в прямом эфире.
И который додумался объявить Дэрека Хоэри воплощением Бога. Старый маразматик.
Ведь не окажи Хиллар этому психу своевременную медицинскую помощь, тот бы точно не выжил, несмотря на всю свою святость и невероятный контроль над своим телом.
Эштон уже подумывал исправить эту досадную ошибку, слишком много усилий в последнее время требовал контроль святоши.
Но тут пришли результаты эксперимента. Проваленного эксперимента.
А значит — ученый всё ещё ему нужен.
А значит — придётся дать ему то, что этот ненормальный так жаждет.
*****
Смоимисомнениями?
Да я как раз уже всё для себя решил. А вот что ты отчебучешь — вообще не понятно.
Вот как она практически безоговорочно сразу доверилась Дику? Не понимаю.
Особенно, узнав о предательстве своей подруги, её куратора от Альянса. Ночуя в спальне Даны, я слышал однажды, как она тихо плакала во сне: "Карри, как ты могла?… Ты не могла… Карри, прости меня…" Прервать тот сон я не решился. Трус.
И вот — опять? Ну не может Дана так вот слепо доверять. Просто не может — это уже граничит с глупостью, а она, я искренне надеялся, у неё просто показная. Или на это и расчет?
Часть удара от себя она этим, конечно, отвела — покушения на Дика участились, а с попытками навредить Дане уже вполне справлялись приставленные Кэрраем стражи.
Я мысленно рыкнул.
"Тэлл". Её Страж. Почему-то эта мысль, возникшая словно из глубины чужого сознания, отраженного в моём, раздражала.
Нет. Не раздражала. Бесила.
Не успокаивало даже то, что отражена она была в ореоле страха. Она его боится? Или ЗА него?
Вообще, мне кажется, что не будь его, какое-то из покушений уже б достигло цели. Да хоть то, с нападением на мобиль. Ведь у них — кто бы это ни был — почти получилось. На вмешательство стражей явно не рассчитывали. Поэтому сомнения в том, что он ЕЁ страж, не приживались. Зато уверенность росла. Он может её защитить. Пусть не Либрас, как Дик, не Виситер, как Кар, но и не раб. Уже не раб. Человек, без кристалла в голове и с преданными людьми в подчинении. Человек, до уровня которого мне не добраться. И который имеет для Даны значение. Не такое, как я сам.
"Секс у тебя был с кучей народа…"
Она даже не поняла, как снова сделала мне больно. И хоть смысл её фразы был в другом — в привязке — она дала оружие, которым я снова и снова царапаю себе едва затянувшиеся рубцы.
Всё понимаю. И царапаю.
Моя провокация удалась. Дана действительно так обо мне думает. Да — не брезгует. Да — ценит. Да — благодарна.
