Все закончилось настоящим кошмаром. Не обращая внимания на предупреждающий крик моего внутреннего голоса, я все-таки открыла глаза. Открыла, чтобы увидеть прекраснейшее в мире лицо падшего ангела, а заглянула в ужасные глаза Рефаима.
Пересмешник склонился над моей постелью, его безобразное птичье лицо застыло в нескольких дюймах от моего. Клюв его был раскрыт, длинный раздвоенный язык свешивался чуть ли не до груди.
Я отреагировала мгновенно и автоматически, и моя реакция повлекла за собой целую цепь фатальных последствий.
Стыдно признаться, но я завизжала самым пронзительным девчоночьим визгом, вцепилась в простыню и отпрянула назад с такой силой, что врезалась затылком в изголовье кровати. В тот же миг мерзкий пересмешник зашипел, расправил крылья и взлетел, будто собирался наброситься на меня.
Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Дарий. Едва взглянув на безобразное существо, зависшее в воздухе над моей головой, он сунул руку за пазуху своей кожаной куртки, одним молниеносным и смертоносным движением выхватил нож и швырнул его в пересмешника. Лезвие вошло Рефаиму в грудь. Пересмешник с диким воплем отпрянул, вцепившись в перламутровую рукоятку ножа.
— Как ты посмел напасть на моего сына? — В два огромных шага Калона очутился возле Дария. С божественной силой он схватил воина за горло и приподнял в воздух. Калона был очень высок, а руки его столь длинны и мускулисты, что он, как пушинку, вознес Дария к самому потолку и держал его там так, что ноги воителя беспомощно дергались в воздухе, а кулаки беспомощно молотили по могучим предплечьям Калоны.
— Прекрати! Не трогай его! — забыв о собственной слабости и наготе, я схватила простыню, выскочила из постели и бросилась к ним.
Черные крылья Калоны были широко раскинуты, и я ринулась под эти крылья, чтобы добраться до Дария. Не знаю, что я собиралась сделать. Даже будь я полностью здорова и не так измучена, разве хватило бы у меня сил тягаться с бессмертным? Когда я, захлебываясь слезами, с криком, молотила Калону кулаками по боку, то причиняла ему не больше вреда, чем назойливый комар.
Запрокинув голову, я заглянула в лицо Калоны и, увидев золотой блеск его глаз и оскаленные в звериной усмешке зубы, поняла, что он получает наслаждение, медленно выдавливая жизнь из горла Дария.
И тогда я поняла, что вижу его истинное лицо. Калона был никакой не трагический непопятый герой, ждущий настоящей любви, которая растопит лед его израненного сердца. У него не было сердца. И неважно, был ли Калона когда-то другим. Главное, кем он стал — а стал он злом.
В тот же миг все чары, которыми он успел он оплести меня, рассыпались вдребезги, словно стеклянные, и я искренне надеялась, что эти мелкие кусочки уже никогда не срастутся воедино. Задержав дыхание, я взметнула руки ладонями вверх, не обращая внимания на то, что простыня при этом упала на пол, оставив меня совершенно голой. Сил почти не оставалось, но я собралась изо всех сил и зашептала:
— Ветер и Огонь, придите, вы мне очень нужны!
В тот же миг я почувствовала присутствие обоих стихий и мельком увидела напряженные лица Дэмьена и Шони с зажмуренными глазами.
Мои друзья поддерживали мой призыв и усиливали его своей волей. Их помощь была как нельзя кстати. Я прищурила глаза и вложила все силы в свой приказ:
— Заставьте крылатого парня отпустим. Дария!
Я выкинула руки в сторону Калоны, вспомнив, как когда-то Огонь и Вода помогли мне расправиться с мерзкими пересмешниками. Значит, они и с папочкой смогут разобраться!
Эффект превзошел все мои ожидания. Струя горячего воздуха ударила в крылья Калоны, взметнула их вверх и отбросила назад. Затем раскаленный ветер с неприятным шипением пробежал по обнаженной коже Калоны, так, что от демона повалил пар.
Дарий тяжело рухнул на пол между мной, Калоной и Рефаимом и с трудом поднялся, судорожно глотая ртом воздух. Цветные пятна поплыли у меня перед глазами, ноги стали ватными, и я едва устояла на ногах. Огонь и Воздух исчезли, оставив меня совершенно обессиленной.
Краем глаза я заметила у двери какое-то движение и, поморгав, ахнула от изумления. В комнату вбежал Старк, держа наготове свой лук со смертоносной стрелой. Он нацелился на Дария, но потом вдруг замер и покачал головой, ошарашено глядя на меня.
Увидев его, в первый миг я испытала прилив сумасшедшего счастья. Старк снова был похож на самого себя! Его глаза больше не светились красным, а в нем самом не было и следа того изможденного бледного зомби, каким я видела его в последний раз.
И тут я поняла, что стою посреди комнаты совершенно голая! Я схватила свалившуюся к моим ногам простыню и поспешно обернула ее вокруг туловища, наподобие банного полотенца. Несмотря на всю опасность ситуации и творившуюся вокруг неразбериху, я чувствовала, что щеки мои пылают, как два стоп-сигнала. Надо было сказать Старку хоть что-нибудь, хоть слово, но мой язык примерз к гортани при одной мысли о том, что он только что видел меня голой!
Старк пришел в себя гораздо быстрее и, вскинув лук, направил стрелу на Дария.
