-Давай руку, - сказала Гертруда ему прямо в лицо, придвинувшись так, что пихни кто-нибудь Андрея сзади, они бы ударились лбами. - Давай руку, потеряемся. И Вадик пусть возьмется, и третий ваш... Илья, да? Держитесь все вместе. А то аукаться тут... Внизу тоже не встретитесь, там скоро такая же давка будет. Люди к салюту подтягиваются.
Она говорила что-то еще - покачивалась, пропуская к окнам особо нетерпеливых, рассерженно оглядывалась, пока не оказалась прижатой к Андрею вплотную.
Он вдруг обнаружил, что ее нос с симпатичной горбинкой - ничто по сравнению с пушистой, отливающей фиолетовым челкой и голубыми глазами. Остального он уже не видел - Гертруда подошла слишком близко, и взгляд расфокусировался.
Какая-то грудастая дама, протискиваясь, толкнула его в спину - или Андрей сам толкнулся, чтоб отшатнуться обратно, - и они с Гертрудой прилипли друг к другу. Андрей помнил, что юбка на ней легкая, практически несуществующая, однако теперь он это не только знал, но и ощущал. За то мгновение, пока Гертруда отступала, он успел почувствовать ее мягкий живот, ее ноги - сильные и теплые, как будто его собственные, и узкую полоску ткани, при мысли о которой кружилась голова.
- Что у тебя в кармане? - спросила Гертруда.
- В кармане?.. Носовой платок... кажется.
- Давно не стирал? Очень жесткий. - Она улыбнулась левым уголком губ вроде как полуулыбнулась, и подвела Андрея к освободившемуся у окна месту.
Сквозь рваную летящую дымку проглядывали квадратные горошины домов. Красные, желтые, голубые крыши были рассыпаны в невероятном беспорядке градостроители боролись с любой, даже самой ненавязчивой системой и разбросали строения так, что в городе нельзя было найти двух хотя бы приблизительно похожих кварталов.
Улицы, немотивированно изгибаясь, пересекались где под прямым углом, где под острым, а иногда сходились настолько плавно, что на перекрестках умещались лишь узкие косы газонов.
Далеко, почти на пределе видимости, громоздился темный остров с тонкими, как карандаш, высотками и многоуровневыми эстакадами - Андрей угадал в нем деловой район, пресловутый Москва-сити. Все остальное пространство, до самого горизонта, было усеяно разноцветной мозаикой жилых домов.
- Вот такая она, наша Москва. Второй город после Токио. Ты бывал в Токио?
- Да... давно. Москва лучше,
- Красиво, правда?
- Ты красивее, - коряво высказался Андрей.
- Благодарю... - отстранение произнесла Гертруда. - А где твой Гамбург? В какую он сторону?
- Вон в ту, - наугад показал Андрей.
- А я думала, там Бибирево.
- Сначала Бибирево, потом Бибирево-2, Бибирево-6 и так далее. А потом будет Гамбург.
- Как-нибудь слетаю. Ты мне его покажешь?
- Гамбург?..
- Ну не Бибирево же! - рассмеялась Гертруда, и Андрей рассмеялся вместе с ней. - Ой, а где твой Вадик? И этот... Илья, да?
- И Лена исчезла, - спохватился Андрей.
- Ленка-то не пропадет. Домой, наверное, поехала. Хорошо, если Вадик с Ильей. Илья ведь Москву знает, да? Или с Ленкой... Она на него запала. Но это по секрету!
- Договорились.
- А Илья этот... ты уж извини, но он какой-то... Дед у меня про таких говорит: "продуманные". Продуманный твой Илья, вот что.
-Тебе обязательно оценивать каждого человека? - спросил Андрей.
- Я работаю с людьми, и должна уметь в них разбираться.
- С людьми?.. Это кем?
- Как-нибудь расскажу... А ты кем работаешь?
- Ты же должна уметь. Разбираться.
- Та-ак, - задумалась она. -То, что ты наставник, это неспроста, с черами ты не для карьеры возишься.
- Гертруда, не надо...
- А, извиняюсь. Граждане "дважды два". Возиться - это твое призвание. Ну, тут много вариантов: учитель, педиатр... нет, ты не с детьми нянчишься. С животными! - осенило ее. - Точно! Ты обожаешь животных. Испытательная лаборатория? Или нет, мучить ты их не станешь. Что-нибудь вроде зоопарка. Да?
- Да. Что-то вроде, - подтвердил Андрей. Разговор сразу перестал ему нравиться.
- Молодые люди, - сказали у него под ухом, - пустите нас, пожалуйста.
Народу на площадке набилось столько, что тесно было везде - и у окон, и в самом центре. Андрей шел за Гертрудой, держа ее за руку и каждую секунду натыкаясь пахом на ее ягодицы - и гадая, доберется ли он до лифта, не замарав брюки, и проклиная лифты за то, что они расположены так близко.
У самой кабины Гертруда развернулась к Андрею лицом и внимательно посмотрела ему в глаза.
- Салюта ждать не станем, - сказала она. Андрей машинально кивнул, хотя и не понял.
- Ребят бы найти, - пробормотал он, проклиная себя за робость.
- Ребята никуда не денутся. Вадик, сто процентов, с Ленкой поехал, а Илья местный, не заблудится. Ты где живешь?
- Да где-то... - замялся Андрей. - У Ильи мы живем. В гостях.
- Значит, ко мне.
- К тебе, - глупо повторил он.
