Не стоит и говорить, что я больше всех в подразделении 701 мечтал, что она взломает код «Возродим былую славу № 1». Я даже думал, что в случае, если она все-таки сумеет это сделать, то и у нее, и у меня будут прекрасные перспективы на будущее. Потому что и Чэнь, и начальница Ло уже вступили в тот возраст, когда пора отправляться на пенсию. И в такой ситуации, если Хуан Ии взломает «Возродим былую славу № 1», без всякого сомнения, она станет новым начальником отдела дешифровки. А я, вполне возможно, займу место начальницы Ло. Это была моя тайна и моя судьба.
И сейчас моя судьба была не только в моих руках, но и в руках Хуан Ии.
Однако новость, касавшаяся Хуан Ии, которую передали мне Чэнь и Сяо Чжа, повергла меня в пессимизм. Однажды утром, когда я завтракал в столовой, ко мне взволнованно подбежала Сяо Чжа. Она рассказала, что кто-то видел, как Хуан Ии вышла на рассвете из дома. На ней было длинное пальто, брюки и кеды, на голове – соломенная шляпа, за спиной армейский рюкзачок, а в руке – термос для чая. Казалось, что она собралась в дальнюю дорогу. Куда она могла пойти? Я не смел даже предполагать. Взяв с собой Сяо Чжа, я поспешил к часовым у главных ворот. Те сказали, что сегодня не видели Хуан Ии. Тогда мы помчались к задним воротам, и там часовые рассказали, что примерно час назад они видели, как она выходила через эти ворота. Сяо Чжа спросила, куда же она пошла, но часовые были не в курсе. Я задал вопрос, в каком направлении она пошла. Те указали на горную дорожку со словами: «Это туда, она ушла по той тропе».
Я поднял голову, посмотрел на крутой и извилистый путь среди гор и невольно замер от удивления. Думаю, в тот момент на мне лица не было, это ведь была дорога на свиноферму на заднем склоне горы. Поэтому мне даже не пришлось гадать, куда отправилась Хуан Ии и зачем. Когда я глядел на эту змеящуюся и теряющуюся в горном лесу тропинку, у меня появилось смутное предчувствие катастрофы.
В тот день мое отвратительное настроение достигло пика, я целый день ничего не делал, просто не мог делать. Единственное, что я мог, – это сидеть в оцепенении в своей комнате. В итоге я не выдержал и пошел бродить в горы. Ходил-ходил, пока не столкнулся с безумным Цзян Нанем. Он прижимал к груди раненого серого голубя и, всматриваясь в небо, бормотал:
– Ну, привет! Я знаю, что ты принес мне код… Все говорят, что я сошел с ума, что не могу взломать код… Хм… Откуда им знать, что я каждый день помогаю им взламывать коды, утром – один, вечером – другой… Вот так, я – гений дешифровки! Все создатели кодов приходят в ужас при одном упоминании моего имени!
Я слушал его молча. Его слова невольно напомнили мне Хуан Ии, к горлу подступили слезы.
И только под вечер вернулась, еле переставляя ноги от усталости, Хуан Ии. Я, скрытый листвой деревьев, наблюдал за ней. От ее изможденного вида струны моего терпения лопнули, словно помешанный, я начал топтать кусты, которые росли рядом, до тех пор пока не затоптал их все, и только тогда отправился домой, переполненный злостью. Но, вернувшись, я не мог усидеть на месте, сердце словно сдавило нечто, что вот-вот взорвется. Не в силах терпеть это, я отправился к Хуан Ии. Она открыла дверь и воскликнула:
– Ой, что это с вами?! На вас лица нет! Вы приболели?
Я ответил, что у меня болит сердце. Она хихикнула и в шутку сказала:
– У вас болит сердце и вы пришли с этим ко мне? Адресом не ошиблись? Однако вы, одинокий мужчина, пришли к кому? Ко мне! Ну, ко мне, так ко мне, все равно я тоже одинокая, мы – два сапога пара, одно и то же.
Я язвительно произнес:
– Это вы-то одинокая?
Она ответила:
– Почему вы сегодня какой-то странный?
– Вы попали под горячую руку. Мне некуда излить накопившийся гнев.
Она изумленно уставилась на меня:
– Что с вами? Чем я вас задела?
Помрачнев, я спросил, где она была сегодня. Она застыла в ошеломлении:
– Сегодня же воскресенье! Какая вам разница? В горы ходила, разве это запрещено?
– Конечно нет. Проблема в том, что вы не просто ходили в горы, а ходили встречаться с человеком.
Твердо глядя мне в глаза, она ответила:
– С каким человеком? На горе живет горный дух, с ним я и встречалась!
Я криво усмехнулся:
– Я и думаю, что он – злой горный дух, иначе как он мог так вас зачаровать? Это же уму непостижимо – весь день от заката до рассвета идти через горный хребет пять-шесть часов! Проделать такой тяжелый путь, да еще и с риском быть укушенной ядовитой змеей, и все это ради чего? Ради деградировавшего и развращенного элемента с крайне низкими моральными качествами!
Она опешила:
– А вы хорошо информированы! Я всегда готова взять ответственность за свои поступки. Да, я действительно хотела повидаться с ним, и что? Нельзя? Он же не преступник, да даже преступников можно навещать в тюрьме!
– Еще рано вам навещать его!
– А мне захотелось! Это мое дело, вас не касается!
