Когда Раисса отвернулась, Кристоферу стало стыдно за то, что своими вопросами они доставили этой женщине столько страданий. Но Сара стремилась оценивать слова и поведение собеседницы в комплексе. И нервная дрожь ног Раиссы показалась ей неуместной в данный момент. Почему она так разволновалась?
— Вы были дома вчера вечером, около 20 часов? — вдруг спросила Сара. — Я спрашиваю потому, что мы заезжали, но никто не ответил.
— Что за вопрос? Да, я была дома, я… я смотрела телевизор, как и каждый день в это время.
Кристофер еле сдержался, чтобы не выдать своего удивления. Зачем Сара придумала такой вопрос?
— Могли бы вы назвать имена коллег вашего мужа. Ведь им он рассказывал о своих исследованиях, или нет?
— Возможно, но я в этом сомневаюсь. Нассим был единственным в своей специальности, как он сам говорил, и поскольку не рассказывал о своей работе, то и имена коллег тоже не упоминал.
— Мадам Шамун, — вдруг холодно произнесла Сара, — я вас не осуждаю, потому что у вас наверняка есть веские причины поступать именно так. Но вы лжете.
Ошеломленный Кристофер повернулся к Саре. Хотя он знал свою подругу, но все равно не мог не поразиться ее манере менять тему разговора.
— Что? Да как вы смеете мне такое говорить?! — возмутилась вдова, вставая. — Являетесь ко мне всего через два месяца после смерти Нассима, я, оказывая вам любезность, принимаю вас в доме, а вы называете меня вруньей! Убирайтесь!
— Вы боитесь, мадам Шамун, — спокойно произнесла Сара, поднимаясь. — А страх заставляет делать многое из того, чего обычно не делают. Если вам есть что сказать о смерти или научных изысканиях вашего мужа, сделайте это сегодня, потому что ваши слова помогут спасти человеческие жизни и осудить убийцу-женоненавистника. Человека, который в противном случае рано или поздно соберет достаточное количество последователей, чтобы взяться за вашу дочь.
— Ваши истории о женоненавистничестве и прочем меня не интересуют, мадам инспектор, — произнесла Раисса, показывая пальцем на дверь. — Извольте покинуть мой дом и прекратите пачкать память Нассима. Какими бы исследованиями он ни занимался, я ими никогда не интересовалась и никогда не буду интересоваться! Я любила мужа за то, каким он был, а не за то, что он делал на работе! Что же касается моей дочери, она достаточно взрослая, чтобы о себе позаботиться! Убирайтесь отсюда!
Кристофер и Сара направились по коридору к входной двери, слыша, как за их спиной хозяйка дома продолжает ругаться охрипшим голосом. И вдруг она, растолкав их, обогнала и положила руку на дверной засов. Сара насторожилась.
— В моей стране и особенно в моей семье меня научили никогда не прощаться с гостями таким тоном. Так что я желаю вам приятного пребывания в Ливане, — заключила Раисса, пожимая руку обоим визитерам.
Она отперла дверь и открыла ее под взглядом Кристофера, пытавшегося понять, что сейчас произошло. Но вдова игнорировала его и хлопнула дверью.
— Надо туда вернуться, она что-то знает! — громко крикнула Сара, собираясь снова начать колотить в дверь.
Кристофер мягко взял ее за руку.
— Подожди…
— У нас нет времени ждать, Кристофер!
Но по его взгляду она поняла, что должна послушаться.
Отведя ее в сторону, он остановился возле одного из столбов, окружавших рыночную площадь, протянул к ней правую руку и разжал ее.
В ней лежал совсем маленький бумажный шарик.
— Она мне это сунула, когда пожимала руку, — шепнул Кристофер.
Сара не могла опомниться, но никак не выказывала внешне своего возбуждения. Если Раисса повела себя именно так, значит, стремилась, чтобы ее послание, что бы в нем ни было, осталось секретом.
Кристофер взял бумажный шарик кончиками пальцев и развернул. Внутри была серия торопливо нацарапанных цифр.
— Тридцать четыре точка двадцать один, тридцать семь, семьдесят три и тридцать шесть точка двадцать шесть, двадцать восемь, ноль пять, — недоверчиво прошептал Кристофер.
Сара изумленно выдохнула:
— Координаты GPS.
Кристофер ввел координаты в свой телефон.
— Это к северо-востоку отсюда, рядом с небольшим городком Храбта. Он выглядит полнейшей дырой.
Он показал Саре спутниковый снимок городка, окаймленного огромной пустынной зоной со стороны сирийской границы. Еще несколько километров севернее, и маркер GPS указал бы в самый центр этой пустыни.
— Туда можно добраться на машине?
— В принципе, да. Два часа езды. Но что мы там найдем?
Сара пожала плечами. Предположений было слишком много.
Народу на рынке заметно прибавилось, и теперь толпа кишела во всех проходах.
Одна молодая женщина указала им, где найти агентство по прокату машин, и уточнила, что там очень доступные цены.
