Представьте себе две деревни, каждая из которых полностью обеспечивает себя. Они торгуют друг с другом излишками материальных товаров на ярмарках. Для такой торговли, которая является бартером, деньги вообще не нужны или нужны только как бартерный товарный эквивалент. Именно таким товарным эквивалентом и является золото как таковое. Что произойдет, если появятся ростовщики, которые начнут накручивать на товарную стоимость золота ростовщический процент? В такой бартерной торговле народ просто откажется от золота, оборот которого будет монополизирован со временем ростовщиками благодаря механизму ссудного процента, привлекающего к ним все больше и больше золота. Народ просто перейдет на другой товарный эквивалент, обращение которого сложнее монополизировать, – на серебряные или бронзовые монеты, на соль, зерно или рис как меру стоимости. В Японии в Средние века денежной единицей был коку – мешок риса. В такой натуральной торговле ростовщики просто не нужны для обеспечения товарооборота и производства, поэтому они и не играли значительной роли во времена, когда такой тип торговли был доминирующим.
Теперь представим себе, что в каждой из этих деревень живут мастера, которые изготавливают и ремонтируют повозки для нужд жителей своих деревень. И вот в один исторический момент в одной деревне появляется наиболее талантливый кузнец, а в другой – наиболее талантливый плотник, и они договариваются, что все плотницкие работы по производству и обслуживанию повозок будут выполняться в одной деревне, а кузнечные в другой. Благодаря возникшему разделению труда и специализации, а также тому, что в производстве задействованы лучшие производительные силы, суммарная производительность увеличивается и вместо двух повозок в год мастера производят уже три. Но третья повозка не нужна жителям, и возникает проблема, куда ее продать.
Так вместе с разделением труда и ростом производительности возник первый кризис перепроизводства. Помимо этого возникла необходимость определять сравнительную ценность плотницких и кузнечных работ, чтобы делить прибыль от продажи третьей повозки на сторону. Именно на этом этапе и возникла необходимость в деньгах как в своеобразной производительной силе, в двигателе производства, а не только товарооборота. Так начался процесс глобализации – две деревни оказались связанными устойчивыми производственными связями, началась их производственная специализация. Вместе с ней начался и научно-технический прогресс, т. к. кузнец стал совершенствовать свое кузнечное дело и его инструменты, чтобы увеличивать свою производительность труда, и то же самое стал делать плотник.
Чем больше развивается специализированный научно-технический прогресс, тем более глубоким становится разделение труда, он детализируется, и все больше и больше участников оказываются скованными цепями производственных отношений и зависимыми друг от друга. Однажды наступает такой момент, когда в смежных отраслях благодаря научно-техническому прогрессу достигается такой уровень производственного совершенства, что продукция отдельных узлов механизмов становится взаимозаменяемой и, как следствие, возникает свободный рынок комплектующих, заготовок, заклепок и т. п. Свободный в том смысле, что в каждый момент времени тот, кому нужны эти комплектующие, может найти того, кто может ему их поставить, и сделки на этом рынке никак не ограничиваются. Почему такое обязательно случается? Благодаря перепроизводству! Третья лишняя повозка будет просто стоять и ждать своего покупателя. Точно так же лишние гвозди будут лежать на складе и ждать того, кому они понадобятся. Это со временем произойдет с любым товаром. Так свободный рынок и разделение труда побеждают дефицит в том смысле, что товар всегда есть в наличии на рынке. К чему это приводит в перспективе?
