- Не беспокойся, - ледяным голосом произнес Фаусто. - Ничто никогда не заставит меня повторить его.
Он слегка поклонился и поспешно вышел из комнаты.
Не в силах встречаться в этот момент с Генри и его семьей, он направился в свою комнату и стал укладывать вещи. Он не останется ни минуты под одной крышей с Лизой Бентон. Он не мог поверить, что она отвергла его предложение, которое он сделал ей от всего сердца, с таким презрением и яростью. И все из-за одной фразы, сказанной его лучшему другу, и клеветнических россказней Джека Уикли.
Фаусто выругался себе под нос. Ему не хотелось объясняться с Лизой еще раз, чтобы оправдаться, но искушение было слишком велико. Итак, она считает его гордецом? Снобом, высокомерным, грубым и совершенно невыносимым? Может быть, он сможет ее переубедить.
Не раздумывая, он сбежал вниз по лестнице и распахнул дверь в столовую.
Лиза все еще была там. Она сидела у стола, положив голову на руки. Когда дверь со стуком открылась, она подняла залитое слезами лицо и ошеломленно посмотрела на Фаусто. Он стоял перед ней, тяжело дыша и сжав руки в кулаки.
- Ты назвала меня самоуверенным, но я не настолько самоуверен. Я не стал говорить тебе правду о Джеке Уикли, потому что считал, что ты достаточно хорошо знаешь меня, чтобы не поверить россказням незнакомца, с которым столкнулась в баре. Джек Уикли был сыном управляющего моего отца в Милане. Тот был хорошим человеком, но он умер, когда Джеку было всего шестнадцать. Мой отец взял его под свое крыло, поселил в нашем доме и оплатил его обучение в университете, пообещав ему хорошую должность после его окончания. Я знаю Джека с детства, и я всегда недолюбливал его. Не потому, что я высокомерен, а потому, что он был хитрым и лживым. В школе он пользовался шпаргалками на экзаменах, а в университете, как я обнаружил, путался с множеством девиц. Но, несмотря на это, соблюдая данное отцу слово, три года назад я назначил Джека управляющим нашим офисом здесь, в Лондоне. Но после смерти моего отца выяснилось, что Джек Уикли терроризировал сотрудников компании, приставал к молодым сотрудницам с сексуальными домогательствами и растратил деньги компании в общей сложности на сумму в несколько сотен тысяч фунтов.
Лиза ахнула, широко распахнув глаза. И это должно было бы удовлетворить его, но теперь, когда он начал говорить, он уже не мог остановиться.
- Но это еще не все. Я обнаружил, что он пытался соблазнить мою сестру Франческу на одной из вечеринок. Ей тогда было всего пятнадцать лет. Так что, если я не люблю этого человека и не доверяю ему, ты можешь понять теперь, почему. Если ты мне не веришь, можешь поговорить с Генри, который знает о Уикли все, кроме истории с моей сестрой. На самом деле я приехал в Лондон, чтобы оценить ущерб, который нанес компании Джек Уикли, и попытаться спасти наш бизнес здесь. - Он мрачно смотрел на нее, все еще охваченный яростью. - Что касается Дженны и Чеза, я и правда подозревал твою сестру в корыстолюбии. Может быть, мои подозрения были безосновательны, но однажды женщина уже одурачила меня. Я думал, что люблю ее, и привел в свой дом, чтобы познакомить с родителями. И очень скоро я увидел ее истинное лицо. Я посоветовал Чезу быть осторожнее, не более того, и я по-прежнему верю, что у меня были для этого основания. Если это не так и твоя сестра искренне любит Чеза, тогда мне жаль. - Он коротко кивнул. - И на этом позволь откланяться.
Не ожидая ее ответа, опасаясь, что может сделать или сказать что-нибудь, о чем потом пожалеет, Фаусто поспешно вышел из комнаты. Он извинился перед Генри, закончил упаковывать вещи и покинул дом еще до того, как Лиза смогла пошевелиться.
Следующие два месяца Лиза провела как в тумане. Дни проходили один за другим, серые и однообразные. Она ходила на работу, ела и спала, и, к счастью, ни Генри, ни Дженна, ни кто-либо еще не спрашивали ее о том, почему она выглядит такой несчастной.
С того момента, как Фаусто сделал ей предложение и рассказал свою версию отношений с Джеком Уикли, она не могла найти себе места.
Что, если она и вправду заблуждалась на его счет? Что, если в попытке оградить себя от возможной боли она превратила Фаусто Данти в кого-то, кем он на самом деле не был? Да, он был гордецом, но при этом был порядочным человеком.
Разве нет?
Но все равно, теперь уже было слишком поздно. Как Фаусто сам сказал, он больше не повторит своего предложения. Хотя она все равно не приняла бы его. Может быть, она заблуждалась на его счет, но это не означало, что она хочет выйти за него замуж. Пусть он и был порядочным человеком, у него были абсолютно старомодные понятия о том, что он должен оправдать ожидания своей семьи и жениться на великосветской девице, чью семью он знал уже тысячу лет. И по очень многим причинам она на роль его жены совсем не подходила.
Кроме того, уже через неделю она обнаружила, что не беременна, так что теперь не было ничего, что могло бы связывать их.
