Еще один пример. Ко мне на прием пришла бабушка с астмой. Тогда наше помещение было еще не очень цивилизованное, на уровне полуподвала. Бабушке, видимо, стало душно, и у нее возник астматический спазм. Видя ее вылезшие из орбит глаза, врач старой практики, который был рядом со мной, судорожно схватился за телефон, чтобы вызвать «Скорую помощь». Я решил, что пока мой коллега вызовет «Скорую», бабушка уже отправится на тот свет, и сказал ей: «Дыши, выдыхай!» Я включил диафрагмальное дыхание и управление дыхательными мышцами, астматический синдром мгновенно исчез, и бабушка пришла в себя. Я, правда, отказался работать с ней дальше, потому что при астме ей были нужны другие условия.
Аллергик Вискер нафарширован лекарственными препаратами, которые стали действовать как друг против друга, так и против самого организма. Тело отвергает все эти лекарства, но врачи продолжают ставить ему капельницы. В результате человек погибает на глазах, и никто ничего не делает для его спасения!
Однажды мне позвонила моя сотрудница: «Сергей Михайлович, у меня ребенок умирает, он уже почти не дышит, его хотят в клинику везти…» А ребенку год и два месяца, у него поднялась температура под сорок градусов, он плохо дышит, и у него уже начинают даже возникать какие-то судороги. Малышу стали давать бронхолитики в виде ингаляторов и закутали в теплое одеяло. Я говорю:
— Хочешь потерять ребенка?
— Нет!
— Тогда раскутай его и окуни в холодную ванну на две секунды.
Это как процесс ковки: когда кузнец делает меч, он помещает его то в горячую, то в холодную среду, и железо становится крепким. Так и человек: если он «кипит», надо его остужать. Женщина окунула ребенка в холодную воду, укрыла сухим одеялом, и ребенок спокойно уснул. Через три часа она провела еще одну такую процедуру, и ребенок выздоровел. Оказалось, что у малыша просто резались зубки — это очень частая причина подобных состояний.
Но вернемся к аллергии. Известен случай с американкой Джоанной, которая никуда не выходит из комнаты своего дома, потому что у нее аллергия на собственного мужа и вообще на все вокруг. На мой взгляд, это уже психическое заболевание, и налицо психосоматика — раздражение от всего. Как же она общается с социальными работниками? Я знаю такие случаи, когда не вполне адекватные бабушки вызывают «Скорую помощь» через каждые пять минут, и это в конце концов приводит к тому, что диспетчер «Скорой» помощи фиксирует их телефоны и больше не отвечает на их вызовы, потому что ехать к ним бессмысленно. Бабушка звонит в «Скорую», потому что ей скучно. Когда к ней приезжают врачи, она им рассказывает о своих недугах и просит выписать таблетки. Но что делать в подобном случае мужу Джоанны? Лично я погрузил бы ее в машину, отвез в лес поглубже или на какой-нибудь остров, дал котелок воды, крупы, соли и оставил бы там — живи! И ведь выживет! То есть в подобном случае надо поменять среду обитания. Но если мы говорим о случае с Джоанной, то надо иметь в виду, что американцы в этом плане народ тяжелый: они очень послушные.
Я иногда бываю в Америке и вижу следующее. Когда я на досуге общаюсь с людьми старшей возрастной группы (старше 40 лет), то замечаю, что их карманы полны всяких добавок. Перед каждым приемом пищи они ставят на стол пузырьки с различными снадобьями: для лучшего переваривания, улучшения перистальтики и так далее. И при этом едят они фастфуд, а мясную пищу запивают холодной колой! Салаты, в которых вместо естественных продуктов присутствуют соусы и майонезы, имеют отвратительный запах. Зайдите в американский ресторан, а потом в итальянский и сравните их: из американского вы сразу же убежите, потому что ваш нос не сможет нормально воспринимать эти запахи.
Так вот, та женщина Джоанна, о которой мы говорим, уже теряет контроль над собой и контакт с внешней средой, поэтому ее все раздражает. Ее организм уже настолько засорен, что на него уже и препараты не действуют. Но ей их все равно дают, потому что там есть социальная страховка: чем больше пациент перечислит своих болезней, тем больше денег получит страховая компания.
С одной стороны, в России тоже есть похожая проблема: у нас проводят диспансеризацию для выявления больных людей, и на это количество больных выписывается определенный бюджетный ресурс, чтобы лечить все болезни, выявленные на диспансеризации. Вот только кто и как их лечит? Врачи назначают таблетку, но не знают, помогла она или нет: если пациент больше не пришел, значит, он либо вылечился, либо умер — других ответов нет! Но вот если пациент напишет жалобу, подаст в суд заявление о том, что от выписанного препарата у него произошло ухудшение здоровья, и к тому же пройдет гистологию до и после лечения, то тогда в нашей стране, возможно, какой-нибудь суд какую-нибудь мизерную сумму ему и присудит. Но в Америке речь может идти о миллионах, поэтому врачи уже «на воду дуют»: перестраховываются и стараются лишний раз даже не дотронуться до больного, потому что сидящий рядом с ним юрист может расценить это как причинение боли.
