Владимир Николаевич совсем упал духом. Когда же он доберется теперь до столицы?.. Не раньше двадцать шестого августа...
Призыв Военной организации при ЦК РСДРП (б).
Товарищи солдаты! В связи с неудачами на фронте могут быть предприняты всевозможные провокационные выходки. Военная организация при ЦК и ПК призывает товарищей не поддаваться на провокацию и не предпринимать никаких уличных выступлений.
Военная организация при ЦК и ПК РСДРП (б).
Зловещие слухи.
По городу идет-гудет "погромный гул". Зловещие слухи. Обещают "Большой заговор" на 27 августа. "Продовольственный бунт", "политический погром", "простой погром"... Свободному гражданину предоставлен свободный выбор соуса, под которым он желает быть зажаренным – сиречь ограбленным и убитым.
"Биржевые ведомости".
За полночь дошли и до их вагона. Трое офицеров. Старший в звании полковник с наголо выбритой головой, отражавшей на макушке свет лампы. Освещение было тусклым, но блик от движения скользил по лысине:
– Я – председатель Главкомитета, генерального штаба полковник Новосильцов. Прошу ваши командировочные предписания. – Собрал, приблизив к лампе, просмотрел. Одно отложил. Антону показалось – его предписание. Он насторожился. – Господа офицеры! Вы вызваны отнюдь не для испытания бомбометов. В Петрограде большевиками готовится вооруженное восстание под лозунгами: "Долой войну! Армию налево кругом, марш по домам! Резать офицеров и интеллигенцию! Всю власть – в руки большевистских вождей!" и так далее. На стороне большевиков все пролетарии Петрограда, почти весь гарнизон, все Совдепы и даже некоторые члены Временного правительства. Все это, конечно, организовано не без участия немецких марок.
Он снова сделал паузу.
– Однако "Союз офицеров", совместно с другими патриотическими обществами, опираясь на поддержку верных войск, под водительством нашего вождя генерала Корнилова принял все меры, чтобы разгромить это восстание. Войска уже на подходе к Петрограду. На вас же, господа офицеры, возложена почетная миссия выступить в самой столице, в тылу мятежников. Нанести согласованный удар по пунктам, которые будут указаны вам на месте, а также выполнить иные задачи, как-то: охрану мостов через Неву, охрану заводов, работающих на оборону, правительственных учреждений и так далее. На месте под начало каждого из вас будут даны пять – десять надежных нижних чинов.
Полковник поднял голову. Блик соскользнул со лба на кончик его носа.
– Участие – добровольное. На размышление даю пять минут.
– Откуда сведения о восстании? – спросил кто-то из артиллеристов.
– В Петрограде есть наши агенты, они внимательно следят за обстановкой, – ответил Новосильцов. – Кроме того, об этом же сообщил в Ставку сам Керенский. Он изъявил согласие передать власть генералу Корнилову на правах военного диктатора. Будет сформирован новый кабинет. От имени Керенского с таким предложением приезжали в Ставку управляющий военным министерством Савинков и Львов. Генерал Корнилов дал свое согласие.
Полковник посмотрел на часы, словно бы удостоверяясь, не истекли ли пять минут.
Антону были видны в окно тесно обступившие вагон солдаты-конвойные в косматых бараньих шапках.
Никто не отказался.
– Главкомитет высоко оценивает ваш патриотический порыв, торжественно проговорил полковник. – Довожу до вашего сведения, что по ходатайству Главкомитета каждому из вас по выполнении задания будет досрочно присвоено очередное воинское звание. – Обернулся к своим сопровождающим: – Капитан Роженко, объясните последующее.
Под лампу вступил сухощавый, стриженный под ежик мужчина:
– Утром каждый из вас взамен этого предписания получит новое, а также суточными сто пятьдесят рублей. Выедете немедленно, специальным эшелоном. По прибытии в Петроград явитесь не в штаб округа и не к коменданту, а по следующим адресам – прошу, господа офицеры, не записывать, а запомнить: Сергиевская, 46, – генерал Федоров; Фурштадтская, 28, – полковник Сидорин или хорунжий Кравченко; Фонтанка, 22, – полковник Дюсиметьер. Повторяю...
Антон напряг все внимание.
– К первому являются те, у кого фамилии от "а" до "з", ко второму – от "и" до "п", к третьему остальные, до конца алфавита.
– Безусловно, все, о чем здесь говорилось, держать в абсолютной тайне, – заключил Новосильцов. – Мы должны ошарашить большевиков неожиданным ударом. Желаю хорошего отдыха до утра, господа!
Поднес к глазам листок, который отложил ранее:
– Поручик Путко!
– Здесь! – отозвался, весь напрягаясь, Антон.
– Вас прошу следовать за мной.
Антон посмотрел в окно. Ему показалось, что шеренга конвоиров стала еще плотней. Капитан Роженко сопроводил его до штабной машины, а Новосильцов и третий офицер завершили обход вагонов.
"Дать ему под дых и скрыться?.. Смысл?.. Сообщить нашим адреса и новые сведения нужно во что бы то ни стало. Но добраться на попутных поездах раньше "испытателей" не успею... Да и вокруг города, и на всех дорогах заслоны..." Он решил открыто рисковать только в самом крайнем случае.
