Заговор Людвига полностью

Наконец перед ним, на краю сада, вырастает старый чайный домик. Стивен толкает дверь и, как младенец, на четвереньках заползает внутрь, забирается под стол. Папа с мамой будут злиться из-за того, что он устроил пожар. Библиотека – самое ценное, что у них есть. Так они всегда говорили. Они будут ругать его. Стивен заползает глубже, прячется за садовыми стульями и сложенными стопкой прелыми скатертями. Он прижимает к себе шкатулку. Он – камень, безмолвный камень в земле, и его никто не видит.

До него вдруг доносятся голоса, доносятся со стороны сада. Слышится вой пожарной сирены. Стивен слышит крики родителей: «Стивен! Стивен!» Но он не отзывается.

Потом они кричат так, что Стивен зажимает уши. Они не кричат, они визжат. Стивен кричит в ответ, он ревет. Хватит! Но ведь он же камень, безмолвный камень в земле. Но Стивен уже не безмолвен. Он кричит, пока не воцаряется тишина. Дверь открывается, и перед ним стоит высокий пожарный в шлеме и в снаряжении, как настоящий рыцарь. Он несет Стивена к машине с синими маячками. Кто-то забирает у него шкатулку и передает полицейскому. Как блуждающий огонек, шкатулка покачивается у него в руках, превращается в крошечную точку и исчезает за двумя припаркованными машинами.

Шкатулка… шкатулка… моя шкатулка!

Громкий хлопок вернул Стивена в действительность. Он увидел, как Альберта Цоллера вдруг отбросило в сторону и по залу брызнула кровь. Много крови. Букинист осознал с ужасом, что дяде Лу чем-то смело половину лица. Старик умер еще прежде, чем коснулся пола.

Наверху, на балюстраде, стояла Луиза Манштейн с дымящимся «дерринджером». Она прислонилась к высокому проему, скрытому за одной из картин на втором уровне.

– Здравствуй, Стивен! – прошипела она и показала на убитого Цоллера. – Старик все-таки разболтал? – Женщина взглянула на свои серебряные часы. – Вообще-то я пришла сказать, что время вышло. Но какая теперь разница… Ты узнал правду.

Луиза Манштейн раскинула руки. В королевской мантии она была похожа на большого белого ангела.

«Как тогда, в белом платье, – подумал Стивен. – Только теперь без косичек».

Луиза улыбнулась почти по-девичьи и широким жестом обвела тронный зал, в центре которого лежал в луже крови Альберт Цоллер.

– Добро пожаловать, дорогой братец. Чувствуй себя как дома в замке нашего прапрадеда!

Луиза еще взирала на них с высоты балюстрады, когда двери раскрылись и в зал вошел Ланселот, а за ним еще трое наемников. Каждый держал в руке по пистолету-пулемету.

– Ты и есть та самая девочка, – прошептал Стивен. – Девочка в горящем платье! Девочка со светлыми волосами, которая пыталась выцарапать мне глаза в библиотеке!

– Именно. И чертовски жаль, что мне это не удалось. Это избавило бы всех нас от кучи хлопот. – Луиза показала на ноутбук Сары. – Но теперь все будет хорошо. Как я вижу, вы наконец разгадали загадку.

Ланселот между тем шагнул на середину зала, бросил взгляд на экран ноутбука и нахмурил брови.

– Здесь написано что-то про четвертый замок, Ваше Величество, – пробормотал он. – И про заветное сокровище, и про дитя, которое раскроет его тайну… Вам эта чепуха о чем-то говорит?

Луиза замерла на секунду, а потом захихикала. Казалось, она окончательно лишилась рассудка.

«Или я сам сошел с ума», – пронеслось в голове у Стивена.

– Говорит ли она мне о чем-то? – переспросила Луиза. – Это здорово, чертовски здорово. У этого Марота и вправду было чувство юмора. Он даже не подозревал, до какой степени.

– Не знаю, что вы нашли в этом смешного, но надеюсь, вы удавитесь собственным смехом. И вы, и вся ваша шайка. – Голос у Сары дрожал, в глазах блестели слезы. – Все вы обыкновенная шайка полоумных убийц! – Она показала на труп Цоллера. – Этот человек уже не представлял опасности, а все равно…

Ланселот отмахнулся.