На следующий день, после того как газеты выплеснули на свои страницы материалы о дальнейшей «демократизации общества» (от освещения указанных событий основной массой СМИ веяло чем–то знакомым, но давно забытым), Юрий Григорьевич обратил внимание на листок бумаги, приклеенный к двери парадного. Он на минуту задержался, предположив, что эта информация касается каких–нибудь бытовых проблем, ожидающих жильцов его дома в недалеком будущем. Однако на листке типографским способом было напечатано следующее:
Гражданин России! Задай себе несколько вопросов:
1. Нужны ли тебе какие–либо изменения в стране, или всё лучше оставить как есть?
2. Возможны ли какие–либо изменения при нынешнем правящем режиме?
3. Согласится ли нынешний режим уйти демократическим путем?
4. Что делать, если тебе нужны перемены?
Ни подписи, ни ссылки на какую–либо организацию на листке не было. Пожав плечами, Романченко направился к машине, и вскоре он уже был в своем офисе. По дороге, глядя по сторонам, он обнаружил, что такими листовками обклеен весь город. Блестящее положение дел возглавляемой им компании и личные успехи вызывали скептический настрой относительно участия в политической жизни общества, однако какой–то червячок внутри грыз его непрестанно, лишая душевного комфорта.
Дверь отворилась, и в кабинет вошел Николаев, близкий друг и соучредитель компании. В руках у него были какие–то бумаги, которые он с победным видом бросил на стол генеральному директору.
— Пожалуйте, граф. Вас ждут великие дела.
Юрий Григорьевич взглянул на первый лист. Это был долгожданный контракт на реставрацию Таврического дворца. Романченко, несмотря на то, что знал весь текст почти наизусть, с явным удовольствием перечитал его от начала до конца, а затем с не меньшим удовольствием подписал. Ну что ж, как говорил Никита Сергеевич Хрущев, «цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи!»
Они поговорили о делах еще минут десять, после чего, как водится у россиян со времен монголо–татарского ига, перешли на политику.
— Как тебе дедушкин трюк с продлением полномочий? — спросил Николаев, человек неопределенной политической ориентации.
— До лампочки, — хохотнул Романченко. — Сомневаюсь, что коммуняки эти поправки пропустят.
— А я не сомневаюсь, — заявил Николаев. — Во–первых, они на два года мандаты продлевают, а во–вторых, полагаю, что это ведь не безвозмездно. Бизнес есть бизнес.
— При чем тут бизнес? — удивился Романченко.
— Как при чем? — в свою очередь удивился Николаев политической безграмотности своего компаньона. — Дума — это акционерное общество закрытого типа, торгующее голосами. Я всегда поражался икре, которую метали наши демократы относительно роста популярности баркашовцев и их прохода в Думу. Да это самый верный способ ликвидировать РНЕ! Сейчас они какое–то подобие политической партии. Если же они пройдут в Думу, то автоматически трансформируются в нормальную коммерческую структуру, торгующую своими голосами. Как жариновцы.
— Сколько же денег понадобится? — насмешливо спросил Романченко.
— Сколько бы ни понадобилось, все выплатят. Проект рентабельный.
— А общественное мнение?
— Дорогой мой, общественное мнение тем и хорошо, что на него нет нужды обращать внимание. Оно безвредно. Если бы было наоборот, то у нас бы уже свирепствовала цензура почище, чем в советские времена.
Однако уже на следующий день Юрий Григорьевич получил возможность убедиться, что общественное мнение может иметь некоторый вес, если его вовремя направить в нужное русло. За ночь город покрылся новыми листовками, довольно примитивными по содержанию, но формирующими нечто вроде установки, а в метро молодые люди раздавали бесплатно всем желающим книгу со странным названием «Бездна» (дочь принесла домой один экземпляр и теперь зачитывалась им, не гася в комнате свет до трех часов ночи).
Придя домой, он обнаружил листовку в своем почтовом ящике.
Россиянин! Подумай, кто ты в этом государстве, и задай себе несколько вопросов:
1. Какими правами ты реально обладаешь?
2. Хочешь ли ты продолжать жить так, как жил до сих пор.
3. Уверен ли ты в будущем твоих детей?
4. Уверен ли ты, что твоего ребенка завтра не убьют на ули или не сделают наркоманом?
5. Как можно добиться перемен?
