И еще одна немаловажная деталь. Многие зрители в киевском театре обратили внимание на то, что после тех роковых выстрелов Богров на несколько секунд замешкался. Не исключено, что после совершенного покушения должен был погаснуть свет, и убийца, воспользовавшись темнотой и всеобщим замешательством, получал возможность выбежать из театра и сесть в поджидавший его автомобиль. И Богров, вероятно, ждал этого момента! Рассказывали, что подозрительного человека, пытавшегося подойти к рубильнику, спугнул электрик. Этим человеком, как говорят, был начальник императорской дворцовой охраны полковник А. Спиридович, якобы и организовавший всю операцию по устранению П. Столыпина.
Влиятельные сторонники Столыпина, в своих требованиях опиравшиеся на решение Киевского военно-окружного суда, прямо заявили, что существовал сговор высших чинов секретной полиции. Под их давлением царь вынужден был поручить Государственному совету провести расследование деятельности Курлова, Веригина, Спиридовича и Кулябко в Киеве накануне и в момент убийства Столыпина. Первый департамент Государственного совета приступил к рассмотрению этого дела только 20 марта 1912 года.
Предварительное следствие было возложено на сенатора Шульгина. В ходе проведенного расследования Государственный совет пришел к следующему выводу по делу Курлова, Спиридовича, Веригина и Кулябко: «Таким образом, в отношении всех четырех обвиняемых по настоящему делу следует считать установленным бездействие власти, а также создание угрозы жизни государя и его семьи. Богров имел полную возможность подойти во время представления к царской ложе или даже взять с собой в театр снаряд и бросить его в царскую ложу при совершении убийства Столыпина, какового несчастья не случилось только благодаря самому злоумышленнику, не дерзнувшему на такое посягательство».
Далее следовали конкретные обвинения, полностью подтверждающие такой вывод.
