Тяжело вздохнув, Анна отошла от зеркала. С той встречи с Козимо прошло уже две недели, а у нее по-прежнему не было никакой ясности. Хотя Козимо и сделал несколько намеков, которые могли бы привести к разгадке, она не продвинулась ни на шаг. Пару раз она пыталась расспросить слуг об эликсире, что им известно из поверий или слухов, но в ответ столкнулась с полным непониманием. Конечно, можно пойти в библиотеку, покопаться в книгах, да и у самого Джулиано было множество интересных книг. Если бы она попросила, он, вероятно, помог бы ей получить доступ в библиотеку брата Лоренцо: у него было богатейшее собрание рукописей и редких книг из разных стран мира. Но Анна никого и ни о чем не просила, даже Джулиано. На то было несколько причин и прежде всего недостаток времени. Часто приходилось наносить визиты многочисленным членам семьи Медичи или участвовать в приемах гостей в доме Джулиано. Анна ни на минуту не оставалась одна. До книг ли тут? То портной явится – надо выбрать ткань для нового платья, снять мерку, подобрать украшения. То Джулиано с его постоянным вниманием. Анна наслаждалась его обществом, забывая обо всем на свете, даже о том, что 26 апреля будущего года ему суждено умереть, если она ничего не предпримет, чтобы предотвратить трагедию. Анну словно парализовало. Она запретила себе думать о грядущих событиях, которые вскоре потрясут Флоренцию, закрыв глаза на правду. А между тем время неумолимо шло к трагической развязке. Близился к концу ноябрь. Оставалось пять месяцев. Всего пять месяцев…
Стук в дверь отвлек ее от размышлений, и не успела она сказать слово, как в комнату вошел Джулиано.
– Я не помешал? – ласково спросил он и, улыбаясь, приблизился к ней.
– Нет, – ответила она. – Но я еще не совсем готова. Мне еще нужно…
Джулиано подошел ближе и нежно погладил ее по лицу.
– Все великолепно, Анна, – тихо сказал он, целуя ее. – Ты прекрасна, и это не только мое мнение. Уверен, что все, кто увидит тебя на балу, будут от тебя в восторге.
– Хорошо, но я…
– Нам уже пора идти, – перебил ее Джулиано и, взяв за руку, нежно повел к выходу. – Лоренцо хотел, чтобы мы пришли немного раньше. А он ждать не любит.
Анна покорно согласилась, последовав за Джулиано. В вестибюле их уже ждали Энрико и Матильда, державшие в руках накидки и пледы для езды в карете. Были собраны и два маленьких сундучка, в которых лежало свежее белье и одежда. Празднество по поводу приобретения «Рождения Венеры» должно было состояться в загородной резиденции Лоренцо, в двух часах езды от Флоренции. Чтобы наутро не возвращаться рано в город, было решено, что они наряду с большинством других приглашенных задержатся там на пару дней.
Матильда укутала плечи Анны теплой накидкой, а Джулиано, как обычно, дал указания слугам на время своего отсутствия: в дом никого не пускать, письма оставлять в его рабочем кабинете, при необходимости послать гонца со срочным сообщением на виллу Лоренцо, хорошо топить помещения и тому подобное.
Возница помог Анне подняться в карету. Она удобно устроилась на мягком сиденье. Поездка предстояла дальняя, поэтому подали «большую» карету – широкую и просторную, в которой Анна и Джулиано уже совершали поездки по окрестностям Флоренции. Взяв у кучера одеяло, она укутала колени: за два часа в карете в такую холодную погоду легко простудиться. Два дня назад, когда они были в гостях одного из друзей Джулиано, у нее от холода страшно посинели руки. Теперь она старалась беречься. Когда Джулиано садился в карету, она как раз их прятала в муфту.
Кучер закрыл дверцу кареты, и сзади послышался стук сундуков. Наконец кучер взгромоздился на козлы, прищелкнул языком, и лошади тронулись. Карету слегка тряхнуло. Анна смотрела в окно. Было еще светло – насколько может быть светло пасмурным ноябрьским днем. Карета медленно набирала скорость, колеса тяжело стучали по булыжной мостовой. Не сдобровать прохожему, если он угодит под них!
«Вот оно, колесо истории», – подумала Анна, и по спине ее пробежали мурашки. После разговора с Козимо ей часто снилось огромное огненное колесо, медленно катящееся с горы, а когда она пыталась его задержать, оно сминало ее своей тяжестью. Каждый раз, видя этот сон, Анна просыпалась в холодном поту. Возможно, в нем таилась причина ее бездействия. Козимо предостерегал ее от соблазна вмешиваться в ход истории. Неужели он прав? Какой банальный и архаичный образ – колесо истории…
– Вы не замерзли? – спросил Джулиано, заботливо глядя на нее.
– Спасибо, мне хорошо. – Анна заставила себя улыбнуться. Она любила Джулиано – его прекрасные карие глаза, его завораживающий голос, мягкие вьющиеся волосы, ямочки на щеках, когда он улыбался, его холеные нежные руки. Иногда ее, словно ножом, пронзала чудовищная мысль, что 26 апреля будущего года все кончится, что менее чем через год его убьют и ее Джулиано будет в могиле. При этой мысли ее охватывала нестерпимая боль и на глаза наворачивались слезы.
– Кто еще будет из гостей? – спросила она, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.
Джулиано пожал плечами.
