– Врачи об этом не расскажут… – Чаппа достаёт из-за уха туго заряженную папиросу:
– Они о многом не рассказывают. Вот анальгин например… Тут же из названия понятно, как его правильно принимать, ман.
Он прикуривает косяк:
– Чё ты на меня смотришь? Да, чувак… Ты правильно понял.
Он ещё раз затянулся:
– Через анал… То есть через жопу…
Пилюли подействовали минут через десять. Гвоздь из виска переместился к затылку. Или это Чапповский сканк помог? Для себя он держит качественный. И для нас не жадничает. Когда пустая папиросная гильза отправилась в пепельницу, он завёл «The Whailers».
Я вспомнил, что три года назад Чаппа и знать не знал, кто такой Боб Марли. Он жил себе во Львове, выращивал коноплю на даче и толкал её местным хлопцам. И усиленно экспериментировал со своей продукцией.
Однажды этот в хлам накуренный хрен сорвал себе какой-то контролер в башке. Взял и принял ислам. Поехал в Россию, нашёл мусульманскую общину и сделал обрезание. Полгода ходил с бородой, совершал намаз и мечтал отрезать башку Салману Рушди. Потом контролер повернулся в другую сторону. Или вообще, нах, оторвался. Потому что сейчас Чаппа убеждённый растаман. Ходит теперь с дредлоком и обрезанным х*ем.
– Если будешь принимать анальгин правильно, нужно к проктологу раз в полгода ходить. Проверять правильный ли у тебя прикус…
И задвигает такие вот телеги.
– Я умный, – говорит он после второй папиросы. – Я, пи*дец, какой умный. Думаешь, я не знаю, как зарабатывать деньги легально? Знаю.
– Главное идеи, – говорит он, постукивая себя пальцем по виску, – а идей здесь… Не задумок, ман… А настоящих идей…
I’m shot the sheriff… – поёт Боб из динамиков.
Чаппа вещает, забравшись с ногами на диван. Фыл, впервые на моей памяти, не жрёт ничего после косяка. Это сразу должно меня настораживать. Но мне не до Шилова. Этот мутант готовит в себе коктейль Молотова качественные ингридиенты, которого стопудово снесут ему башню полчаса спустя. Я сквозь остатки анабиозного похмелья, отпускающего действия анальгина и вступившей в силу второй волны каннабиола рассеяно внимаю Чаппе:
– Никому не приходит в голову, как неудобно сидеть на обычной мебели беременным тёткам… – говорит он, – и это моя основная идея…
– Buffalo soldier… – поёт Боб.
– Тут ничего сложного… – Чаппа облизывает губы и суёт руку куда-то за спинку дивана.
– Плод создаёт избыток веса и давит своей тяжестью на поясницу… на крестец… и вообще на тазовые кости…
Он достаёт бутылку газированной минералки, наливает мне в стакан, а сам пьёт прямо из горлышка. Пузырьки проходят по языку лёгкой наждачкой, щиплют нос и выступают на глазах мягкой влагой.
– Спасибо… – говорю я.
– За что?..
– За воду…
– За воду спасибо не говорят, – он снова приложился к бутылке.
– А за газ в воде?..
Чаппа уставился на меня. Потом хмыкнул:
– Не знаю… Тогда на всякий случай, «пожалуйста»…
– Во-о-от… Нужно производить специальную мебель для беременных… Анатомические кресла там… Ну и самое главное – столы с вырезом для пуза.
Чаппа взял подушку, засунул её себе под майку и уселся возле стола в углу комнаты – псевдо живот упёрся в столешницу:
– Как, нах, с таким пузом можно чё нибудь делать?
Он поднял руки и несколько раз ткнул животом в стол:
– Всего ребёнка помнёшь…
В бутылке Шилова осталось треть.
– Но самое главное, никто не думает о людях, которые ненавидят сладкое…
Чаппа, не вынимая подушку, вернулся на диван.
– О них думаю я, ман… – он снова постучал себя пальцем по виску, – о людях, которые не могут есть варенье, торты и пирожные.
– Специально для них я буду выпускать солёное мороженное, жвачку со вкусом бекона и «SNEACKERS SALT» с солёным арахисом… Я буду производить круасаны с солёным повидлом… И само солёное повидло… Торты с маринованными грибами… мля! Всё, что угодно, чувак…
– Ни х*я себе, – сказал я.
– И самое главное, эта ниша не занята… Никем.
Он вынул подушку из под майки и кинул на пол:
– FUCK! Думаю, чё так стрёмно сидеть-то?!
Чаппа взял со столика пачку денег и взвесил её в руке:
– Но есть ещё один способ получения капусты… Его можно реализовать в любом городе, где есть крупные фирмы и телефоны. То есть в любом, ман. Идея не моя, поэтому дарю…
К тому моменту, когда Чаппа закончил рассказывать, Шилов допил бутылку до дна.
В метро Шилов забрал у меня плейер, где торчал диск из «Китайского лётчика». Людей в вагоне было много. Поэтому зрителей видевших, как он устраивает слэм, сидя на скамейке, и подпевает «Мясотрясам», хватало. Потом, пока я немного отстал, завязывая шнурок на выходе из станции, этот мутант безуспешно пытался взобраться на эскалатор.
Я подошёл и секунд двадцать с удовольствием наблюдал за этим зрелищем.
– Млядь! Да что с этой херовой лестницей! – наконец распсиховался он.
– Чувак! – сказал я. – По этому эскалатору спускаются! А вот по тому… – Я показал большим пальцем за спину, – поднимаются наверх. Нам туда.
И зачем мне понадобилось покупать стельки?
