Отсюда я видела красоту безлюдного острова. Для меня она заключалась не в молчании мертвых, а в том, что я находилась рядом с Ямой. Нам словно подарили планету… немного суровую, но принадлежащую нам одним.
А еще в воздухе витало нечто удивительное, трудноуловимое.
Я обхватила ладонью затылок Ямы и притянула его к себе для поцелуя, от которого лишилась дыхания и увидела цветную пульсацию в сером небе. На миг остров стал самым дивным пейзажем из всех, что мне доводилось видеть.
Перед тем, как отстраниться, Яма разок поцеловал мой шрам в форме слезинки, заставив кожу покалывать от электричества, а меня – жаждать продолжения.
– Как ты его нашел? – прошептала я, неровно дыша.
– Искал тысячу лет.
– Неужели на то, чтобы просто найти тихое место, потребовался такой долгий срок?
– Сначала я не знал, что ищу. Но мне хотелось исследовать мир, поэтому я научился путешествовать по реке во плоти, а не просто как дух. – Его голос смягчился. – Куда бы я ни шел, я повсюду натыкался на захороненные в земле истории и на голоса в камнях.
Я сжала его ладонь.
– Я их тоже услышу?
– Надеюсь, это произойдет нескоро, – ответил он, раскинув руки. – Когда тебе понадобится отдых, знай, что этот остров и твой, Лиззи.
Я пристально наблюдала за серыми волнами, которые обрушивались на берег, и молчала. Мне пока не хотелось величественного уединения, во всяком случае, без Ямы мне было тут нечего делать. Мысль, что однажды я смогу насладиться островом в одиночестве, немного пугала меня.
Сколько у меня осталось времени? Я подумала о мертвых девочках на лужайке убийцы и задумалась: вдруг я теперь связана с ними сильнее? Неужели я приобщена к самой смерти? Мне нужно сказать Яме о своем возвращении туда и о том, что я догадалась, где похоронены девочки!
Но не сейчас, когда он выглядел счастливым.
– Спасибо, что привел меня сюда. Это твое любимое место, верно?
– В некотором роде, да, – подтвердил он. – Мой город в подземном мире намного красивее, но только на острове я по-настоящему принадлежу самому себе.
– Но теперь здесь я, и твое убежище испорчено.
Яма повернулся ко мне, улыбаясь почти застенчиво.
– Мы можем разделить его друг с другом.
– Наверное, это хорошо?
– Ты не представляешь, насколько. – Он притянул меня к себе, и небо вновь подернулось радужной рябью, а мое дыхание, сбившись, прервалось.
Когда мы разомкнули губы, мне захотелось знать об острове все до мелочей.
– Как ты попал сюда впервые? На корабле?
– С помощью страниц из книги, – объяснил он и повел меня вдоль продуваемого ветром хребта. – Четыре века назад остров открыли португальские мореплаватели. Его забыли, затем опять обнаружили, а потом сюда приехали натуралисты и зарисовали увиденное.
– Значит, мы можем устанавливать связь с местами при помощи книг? – удивилась я. Но ведь я сама переместилась в старый дом мамы при помощи фотографии. Так что почему бы и нет? Внезапно жизнь психопомпа показалась мне не слишком плохой, раз в ней было можно, читая, путешествовать по свету.
– Частично, – ответил Яма. – Но мне также довелось знать побывавшего здесь натуралиста. Он сказал, что на острове растут только два вида растений. Забавно…
Я окинула взглядом открытую ветру ширь. Деревья выглядели совершенно одинаково.
– В это несложно поверить. Но ты водил дружбу с живностью… в смысле, с живым человеком? Получается, ты покидал загробный мир.
– Оно того стоило. – Он зажмурился, вдыхая соленые брызги. – Чувствуешь, какой здесь воздух?
Наконец я поняла, что не давало мне покоя.
– Тут не пахнет ржавчиной. Металлический запах, которым обычно отдает обратная сторона, исчез.
Яма открыл глаза.
– Это запах смерти и крови.
– Ясно, – по мне прокатилась дрожь, и я прижалась лицом к его груди. Яма всегда был теплым, как будто у него внутри что-то горело, но дрожь не унималась еще некоторое время. – Паршиво быть… – выдавила я и осеклась.
Мне до сих пор не нравилось слово «психопомп», но лучшего варианта я еще не придумала.
– Не всегда, – мягко возразил он, обвивая меня руками.
Я привлекла Яму к себе. Мне было нужно почувствовать твердость мышц, ощутить электрические разряды его кожи. Песок казался ненадежным, а сам атолл в бесконечном сером океане – таким хрупким.
Мой учитель по географии в десятом классе твердил, что островов не бывает, и поверхности океана касаются только горные вершины. На миг меня потрясла мысль, что под нами коралловый риф, а еще ниже – гора, которая идет вплоть до дна Тихого океана, где никогда не было света.
Миллионы тон камня и коралла просто поддерживают крошечную пустынную полоску суши, которая возвышается в нескольких метрах над водой. Я задалась вопросом, сколько раз волны накрывали атолл, сметая все на своем пути.
– Как тебе удавалось не сойти с ума, если ты постоянно слышал голоса? Ведь поиски острова были долгими.
Он заговорил тише, как будто решил открыть мне секрет:
– Искать тысячи лет стоит, если в конце находишь то, в чем ты нуждаешься.
Я сглотнула. Любой ответ казался мне нескладным, будто я печатала молотком.
– Рада за тебя.
