– Майор Рейн? – уточнил Жора. – Можно взглянуть на ваше удостоверение?
Секунду тот просто разглядывал молодого следователя, наконец хмыкнул и постучал в окно дежурки, привлекая внимание сотрудника там.
– Саня, это что за кадр? – поинтересовался он, полностью игнорируя Жору.
– Новый следователь из столицы, – начало было тот.
– А, ясно! Следователь, значит, – и обернулся. То, как он это сказал, оставило неприятное впечатление. – Неужто нас почтил своим присутствием знаменитый столичный следователь Жорик-Мажорик!.. Я впечатлён.
А как Георгий был впечатлён его осведомленностью, что даже растерялся.
Но все же взял себя в руки и твердо заявил:
– Простите, но у меня важная информация, и я должен быть уверен, что она доставлена по адресу.
– Даже так… Саня, впусти нас, – распорядился толстячок с некоторой ленцой в голосе.
Вот так Жорик и оказался в коридорах своего нового управления.
Видимо, майор Рейн здесь действительно значимая фигура. Люди, попадающиеся им навстречу, жались к стенам так, что это сразу бросалось в глаза. Одни смотрели на него с неприязнью, но большинство со страхом.
Вот только самому Рейну было явно по фигу на их взгляды.
Они дошли до одной из многих похожих дверей.
Открыв её своим ключом, Рейн вошел в кабинет и жестом велел Жоре сделать то же самое. После чего сам закрыл дверь и прошел на свое место, обогнув молодого следователя справа. Поковырялся в своем ящике, вытащил удостоверение и раскрыл перед носом Жоры, дав время изучить.
– Этого достаточно? – спросил он спокойным тоном.
В ответ получил кивок.
– Ну-с, я слушаю вас, – поторопил Рейн Георгия, разваливаясь в своем кресле.
– По дороге сюда в поезде я встретил одного человека… – начал свой рассказ Жора.
Закончив, замолчал, в ожидании глядя на хозяина кабинета, который задумчиво стучал пальцами по крышке стола.
– Забавно. – Рейн снова глянул на молодого следователя. – Не пойму, везучий ты такой или дурак… Хотя скорее второе. Так уж повелось у нас на Руси, дуракам всегда везет, – но прежде, чем молодой следователь успел обидеться на такое сравнение, добавил чуть слышно: – И я тому яркое подтверждение.
Жорик замер, пристально разглядывая майора.
Тот, с минуту о чем-то подумав, протянул руку и все же снял трубку телефона и набрал номер. Несколько секунд подождал, а потом сказал:
– Вадим… Да знаю, что занят и просил не беспокоить… Тут особый случай. Срочно приезжай. Наши, в кавычках, друзья из «Фаворита» нам с тобой весточку прислали… Ага! Давай, жду…
Положил трубку обратно на телефон и снова глянул на Жору.
– Обедал хоть? – неожиданно спросил он потеплевшим тоном.
Гость отрицательно качнул головой.
– Как приехал, сразу к вам.
Рейн вздохнул, залез в стол, достал чашку с печеньем и две кружки.
– Могу предложить только чаю. Да ты присаживайся, – велел он. – Не стой как оловянный солдатик… А пока пьешь чай, думай, может, вспомнишь что-нибудь ещё, что забыл сказать сразу.
Суббота…
Новая комната малышки Юли наконец-то обрела жилой вид. Ещё в начале этой недели сестра Ирина вместе с Юлей ходили выбирать в её комнату мебель. И вот вчера её наконец-то доставили. Так что весь вечер они с Глебом и Викой были заняты тем, что расставляли её по комнате. А остальные девочки, вооружившись тряпками, стирали с неё пыль и наводили лоск. Вика тоже хотела им в этом помочь, но её решительно, большинством голосов, отстранили от этого дела. Видимо, девочки знали о ней нечто такое, что не знал о ней Ким.
Конечно, вещей пока здесь было немного, но по тому, как блестели глаза маленькой девочки, она была в восторге от своей новой спальни, и теперь её отсюда хрен кто выселит.
– Нравится? – с улыбкой спросил её Ким и вместо привычного кивка вдруг услышал:
– Спасибо, папа!.. Мне здесь нравится!
Её голос прозвучал прямо у него в голове, что стало для него полной неожиданностью. Конечно, Кира Валентиновна, ставшая её наставницей, упоминала, мол, девочке вполне по силам освоить мысленную речь. Но он особо в такое не верил. И, как оказалось, зря. А ведь её голос в голове без эффекта сирены услышали все, кто находился в данной комнате.
– Так ты у нас теперь молодой папочка! – почему-то это первое, на что было обращено внимание. – Поздравляю!
Ким оглянулся на взрослую Юлю, которая это и сказала, с некоторым осуждением и неодобрением. Да, он и сам был сильно удивлен заявлением мелкой Юли, но не собирался ей отказывать в её желании. Если для неё это так важно, то и пусть. К тому же он проявлял о ней заботу больше, чем о других детях.
– Знаешь, если ей так хочется меня называть, то пусть называет, – спокойно возразил Ким, озвучив свое решение. – Значит, ей это так важно. Но что самое главное, скажи что-нибудь ещё, – попросил он.
– Я тебя люблю!..
И тут только до всех дошло, чему они стали свидетелями. Первой отреагировала Тина. Ким даже не ожидал от неё такой бурной реакции, когда она подхватила четырехлетнюю девочку и радостно закружила с ней по комнате.
