— Пожалуй ты прав. Но, по крайней мере, теперь можешь не сомневаться это осколки нашего старого мира — местоположение планет, то же. Думаю даже Гидрониус, мы нашли бы там же, и еще полным своих океанов, вот туда бы заскочить, я бы не отказался.
— Но это довольно далеко отсюда. И к тому же насколько я понимаю, может оказаться, что он теперь, совсем не в тех частях Сферы, где был раньше. Миры на месте не стоят, а после сдвига всей прежней структуры, сорванные с якорей планеты, могло вынести за пределы старых солнечных систем…
— Солнце начинает садиться — ровно прервал Куру, поток предположений друга. — Наше родное Солнце. Светиус, давай смотреть!
— Давай, и прости братец мою заумность — у меня видимо начинается горе от ума.
— Оно, заметно, смотри не свихнись.
И они, застыв на вершине самой высокой скалы, одиноко торчащей в поднебесье, взирали, как скалистые ущелья приобретают красный оттенок, наполняя весь каньон, чем-то неестественно прекрасным. По-сути, сейчас они восседали на вершине мира, и Априуса вновь осенило — ему нужно взглянуть на все Сущее как бы Сверху.
Так как должно быть глядел сам Творец. Лицезреть весь Большой Мир, именно оттуда с немыслимых высот Его Чертога, где он должно быть находился. Ну, или чуть ниже, со сфер Абсолюта. А они должны существовать, даже если тот, Кто Все Создал, и оставил их, ни разу не входя.
Согласно теории верха и низа, такие области должны располагаться где-то в самом начале Великой Оси, выше Тронного Царства, выше всех когда-либо существовавших Обителей Богов. Но туда не подняться, ни на какой колеснице, не вознестись вихрем, не пробраться, ни какими Тропами, не прокинуть самых божественных Мостов. Да и заметят, начнут препятствовать, интересоваться — кто это ломиться в святая святых?
— Но, даже если и так — отвечая самому себе, не согласился Априус — я все равно должен найти способ, и как можно быстрее, чтобы успеть, обыграть их Всех. И так чтобы наверняка. Поэтому — думай голова, думай. Ведь, раз Вселенная вращается, должна же существовать и явная Великая Ось, ось Сферы. По ней и поднимусь. Или внутри нее, если она полая. А право рождения надеюсь, откроет мне проход, и изыщет возможности для подъема.
Заставив мысли остановить свой бешеный бег, Рус, просто смотрел, как закатное солнце мерно освещает красноватые скалы, наполняя далекую воду реки, багрянцем, и это казалось каким-то зловещим предзнаменованием. Но и эту мысль он тоже погасил, предаваясь любованию величественным пейзажем.
Едва солнце зашло, они покинули Эритос, и вернулись к гигантскому стволу, точнее к малой его части, просто похожей на огромную гору, непонятной ширины, и высоты, при этом всю изрезанную гигантскими трещинами, больше похожими на вертикальные ущелья.
— Рунин, похоже, абсолютно не понимает размеры, этого "деревца" — недовольно проворчал куатар — я думал он так размяться чуток, но этот балбес, похоже, всерьез вознамерился облететь.
— Врядли — не согласился Априус — у него достанет ума вовремя остановиться. Разведывает мож какую трещину в коре, или дупло… Щас позову.
Мысленный посыл он отправил не просто как зов, а как приказ немедленно прибыть обратно. Сами же они пока присели у "стены, собираясь ожидать попугая, но тот долго себя ждать не заставил.
— Глядите, че я вам приволок! — Раздался сверху хриплый вопль, и к ногам Априуса шмякнулась увесистая железная палица, с обычной ременной петлей, на рукояти.
— Ты где это взял? — С прищуром поинтересовался Куру, опасливо посматривая наверх — надеюсь, никого не пришиб по дороге?
— Да не, она бесхозная была, застряла в коре. Видать какой-нибудь удалец оставил, небось приходил Нидхеггу по башке настучать, чтоб корни не грыз… Ну раньше когда доступно еще было.
Априус поднял палицу, взвесил в руке, и осмотрел. На вид из простого сыромятного железа, но в ней явно чувствовалась некая дремлющая Сила, дремлющая с тех времен, когда к дереву эту "вещицу" еще можно было просто прислонить. Палица одновременно напоминала и булаву, и дубину йотунов, имела литой узор на набалдашнике, и пару необычных рун нанесенных вдоль рукояти. Чародей крепче сжал рукоять в кулаке, и слегка махнул, но вышло так, что, чуть не улетев следом, за ней.
— Хороша — удовлетворенно, протянул он — да только не всякий сможет ей помахать…
— А то — самодовольно раздулся попугай — я, что попало, не тянул бы. Там если хорошо порыться во всех этих кавернах, можно добра на целый замок насобирать…
— Погоди Рунин — обождут твои трофеи — рассмеялся Априус — ты мне вот что лучше скажи, а то я не знал, да еще и забыл. Мы вот с Куру, в Асгарде конечно бывали, но так мимоходом, потому ничего почти об асах не знаем. Но ты вот упомянул дракона, что корни Иггдрасиля грыз. Он что еще жив?
— Ну, раз Дерево есть, значит, есть и дракон, а тебе зачем?
— Да так хотел проверить одну гипотезу. А для этого вдоль Древа вниз сойти… А там корни эти, что хрен знает как растут, драконы всякие там извечные… откуда гад, только и взялся?
