- Кто ещё хочет высказаться? – свирепый взор командира бригады обошёл каждого присутствующего и остановился на Трофимове: - А ты, иди, и выполняй, что я тебе приказал.
- Не «ты», а «вы», товарищ полковник! - Трофимов встал и вышел вслед за начальником артиллерии.
- Ещё есть мятежники? – спросил комбриг.
В ответ ему была тишина.
***
Догнав Савельева, Юра сказал:
- Андрей, постой.
- Пошёл он на хер, - отмахнулся артиллерист. – Не буду возвращаться!
- Да я тебя не зову обратно, - поспешил сказать Трофимов.
Савельев остановился и посмотрел в глаза командиру мобильного отряда.
- Вот скажи мне, Юра, как воевать, если командир такой мудак?
- Он что, один такой, что ли? – усмехнулся Юра. – Ты давно в армии или группировке был?
- Но ведь ещё совсем недавно, когда Коля был комбатом, он же не был таким. Что с ним произошло? Откуда у него такое безразличие к человеческим жизням появилось?
- Да откуда нам это известно, с нашей-то колокольни, - Юра развёл руками. – Когда туда, в высшие слои атмосферы, люди попадают, они там быстро меняются. И за своё положение готовы рассчитываться чем угодно. Хотя бы жизнями подчинённых им людей. А то, каким он был комбатом, да просто у него на той должности не было возможности проявить себя в качестве людоеда, и всего лишь.
- Мы как будто завтра собрались немца трупами заваливать, чтобы взять эту Петровку! Как будто для какой-то даты кому-то срочно понадобилось взять эту деревню в три двора, да Сталедар в десять многоэтажек…
- Полагаю, что Колю чем-то заинтересовали… - сказал Юра. – Могу даже предположить звезду Героя.
- Зная Михайлова – могу легко в это поверить, - ответил Савельев. - Завтра бригада хлебнёт горя… ради звезды своего командира. Пойдём, хотя бы с тобой отработаем взаимодействие. Будешь корректировать огонь, когда всё начнётся. Приберегу для тебя немного снарядов.
После детальной отработки элементов боевого взаимодействия с главным артиллеристом бригады, Юра вернулся в расположение своего отряда и собрал командиров взводов и оператора БпЛА: недавно прибывшего по мобилизации капитана Захарова, вернувшегося из госпиталя лейтенанта Крылова, младшего лейтенанта Романова и рядового Назарова.
- Наступление на Петровку запланировано на пять утра. Батальоны будут двигаться вдоль восьми лесополок, полагаю, нас куда-то туда и пошлют. Предлагаю в полночь на основные направления выслать четыре снайперские группы, которые к утру начнут зачищать наблюдателей, а с началом боя – подавлять огневые точки. «Корнетчиков» держим в качестве оперативного резерва в готовности выдвинуться на угрожаемые участки. Ты, Руслан, - Юра посмотрел на главного «дроновода» отряда, - со своими помощниками выходишь на рубеж боевой работы с таким расчётом, чтобы с рассветом быть в готовности запускать свои игрушки. Оператор «Мавика» должен иметь запас аккумуляторов не менее чем на шесть полётов.
Руслан Назаров кивнул:
- Есть, командир. У меня всё готово.
- Сколько сегодня собрали «игрушек»?
- Всего сейчас в готовности четырнадцать, но гранаты есть только на двенадцати – те, что были, уже все установлены на дроны, а пехота больше реактивных гранат не даёт, говорят, что им на гранатомёты надо.
Юра не стал сообщать Назарову требование командира бригады вернуть реактивные гранаты в мотострелковый батальон.
- Сколько подготовили ВОГов для сброса с «Мавика»?
- Десять. Больше хвостов пока нет.
- Принял…
Каждый раз, глядя на Назарова, Юра невольно улыбался. Руслан совершенно не был похож на военного человека – он был с заметным превышением веса, нескладный, рыхлый, со слабыми руками, не матерился, голоса не повышал, на турнике не мог подтянуться ни разу, а при беге «умирал» уже на первых ста метрах. Если бы не война, он бы ни при каких обстоятельствах не оказался в армии, но война много кому изменила жизнь – и Назаров попал под мобилизацию, даже не имея за своими плечами срочной службы – в районном военкомате, лихорадочно выполняющим план по призыву, посчитали, что и такой гражданин вполне достоин понести почётную обязанность по защите Родины и определили его в мотострелковую бригаду по военно-учётной специальности «стрелок-санитар». Когда же Трофимов приехал в окружной учебный центр подбирать в свой отряд толковых парней из числа мобилизованных, на перепуганного пузатого очкарика он обратил своё внимание в самую последнюю очередь, и то, только лишь потому, что ему откровенно стало жалко этого человека, всем своим видом бесконечно далёкого от армейской действительности. Юра подошёл к бойцу поинтересоваться, как же того угораздило попасть под мобилизацию. А когда парень рассказал, чем он занимался в своей жизни последние пять лет, то Юра в очередной раз убедился, что Бог на свете есть.
Оказалось, что толстяк был чемпионом России по гонкам на скоростных дронах, прекрасно разбирался в технической составляющей этого процесса, умел держать в руке паяльник, умел программировать полётные процессоры, прекрасно разбирался в теории и практике организации связи и её радиоэлектронного подавления.
