Закат полностью

В сумерках всегда бывает такой момент, когда ветер стихает и можно услышать, как где-то идет жизнь: будь то ночная электричка в поле или самолет за облаками, шум проносящихся машин на трассе или просто звуки далекого города.

Но на этот раз, когда ветер успокоился, ничего такого не случилось: на смену завываниям пришла гнетущая тишина. В ней хлопья первого снега упали на развалины завода, создавая ненадежно-белое пушистое покрывало.

В последнем году декады зима началась рано, в самом начале октября. Хотя морозы по-настоящему еще не ударили и снежинки быстро таяли на теплой земле, все равно, каждому, кто мог бы спрогнозировать дальнейшие изменения, пришло бы на ум: бабьего лета не будет.

История «Заката» началась в тот самый момент, когда в пустых сумерках среди развалин затеялся странный разговор, и эхо двух голосов многократно отбилось от кирпичных стен с отвалившейся штукатуркой и выбитыми окнами.

Гарик сказал:

– Когда они пришли, никто не знает. И это было не вчера, даже не позавчера. Думаю, в средние века.

Михей спросил:

– Почему так?

– А потому, – ответил Гарик, – что их нечистый след тянется с тех самых пор, когда на костре инквизиции сожгли первую ведьму. Это был их провал и в тоже время первые шаги в нашем мире, которые не остались незамеченными для тех, кто разгадал их чудовищный план. Вспомни всех этих вампиров, упырей, оборотней. Мы ведь знали о них, только потом отмахнулись и предпочли забыть.

Двое разговаривающих среди развалин сидели у вкопанной в грунт бочки с огнем, и грелись. Да, именно так, у вкопанной в грунт – пол заводского цеха давно ушел под землю. Может, от времени, а может от взрывов. Не известно.

В огромном помещении, прямо над Гариком и Михеем обвалился большой кусок крыши. Днем сюда падал аккуратным ровным лучиком солнечный свет, но сейчас через дыру с неба валила лишь снежная мука. Мохнатые снежинки кружились над пламенем и незаметно исчезали, превращаясь в пар.

Гарик сделал паузу, чтобы подцепить охотничьим ножом из консервной банки кусок бледно-розовой говядины. Мясо соблазнительно пахло едой давно минувших дней, и он с жадностью набросился на тушенку, уплетая ее за обе щеки, как тот ненасытный вурдалак.

Михей усмехнулся аппетиту товарища. Еда у Михея была более скромная – сушеная рыба, от которой, увы, несло тиной и солидолом. Он оторвал полоску мяса со спинки и скептически произнес, пережёвывая невкусное:

– Ты так говоришь, будто существование оборотней – неоспоримый факт. Ты же сам, лично ты, их не видел! И я не видел. Возможно, ведьмы и вправду были. Но вампиры, упыри? Не-е. А даже если и так, то что с того? При чем тут Скайи? Почему ты вечно их приплетаешь?

– При чем тут Скайи? – Гарик удивился, – Я вовсе не утверждаю, что вся эта нечисть – их рук дело. Просто рассуждаю логически. Суди сам, мистические твари, по сути, одно и то же: нежить, скрывающаяся под маской человека. Так вот, на самом деле это дроны пришельцев! Проще говоря, не пропатченные киборги со своими глюками. У одних отторжение чеснока, другим серебро не в тему или яркий солнечный свет. Пришельцы сделали партию биомехов, и запустили в мир на адаптацию еще в Средневековье. Это же очевидно!

– Партию кого?

– Биомехов. Биомеханизмов. Киборгов. Устроили тест драйв, короче.

–Миру конец, Гар! Скайи больше ни для кого не секрет. Так какого хрена? Что ты выдумываешь? Я в смысле… Вот скажи мне, почему они тогда сразу не высадились, а создали всю эту потустороннюю хрень? Да еще так давно? К чему такие заморочки? Получается, они что, ждали сотни лет? Ты к этому клонишь?

– Что ж ты не догоняешь-то? Я же объясняю, это все для того делалось, чтобы люди преследовали друг друга с инквизицией, затевали войны, устраивали охоту на ведьм. Чтобы прогресс был направлен на создание все более разрушительного оружия. Посмотри вокруг, Михей! Апокалипсис и полное уничтожение доминирующего вида, то есть нас, людей! А фишка в том, что на самом деле мы воевали не друг с другом, а с киборгами. То есть, биомехи нас стравливали, понимаешь? И люди в конце концов очистили землю от себе подобных. Потому что всегда есть тот, кто стравливает, тот, кого не видно. Теперь подумай и скажи, кому это было нужно?

– Может, нефтяным магнатам? Семьи Ротшильда и Рокфеллера? Я слышал, масоны…

– Баран ты, Михей! – не выдержал Гарик, – Это было выгодно пришельцам! Олигархи и масоны умирали не хуже других людей. Зато Скайи сидели в своих анабиозных кораблях на обратной стороне луны и ждали, когда мы перебьем друг друга. А потом, бац! И все. Прибрали нашу Землю.

Михей не обиделся на «барана», и даже как-то виновато добавил:

– Я слышал, наш последний президент был Скайем. В теле человека… А вот, Гар, ты когда-нибудь видел живого Скайя? Ну, не на картинках, а так, на самом деле?

– Только издали… Зато их мехов отправлял на тот свет пачками.

– А как ты узнавал, что это были киборги, а не люди?

В эту секунду откуда-то снаружи раздался душераздирающий женский крик, многократно повторенный в лабиринтах вымершего завода.