- Если это не сделаешь ты, я найду кого-то другого.
Снизу хорошо видно, как напрягается его челюсть
- Мы такое делаем только в крайнем случае, по показаниям. Катя, я не стану тобой рисковать.
Большим пальцем второй гладит щеку, проходится по губам, а я представляю, что он этими руками делал с другими женщинами. Вроде и в перчатках, но трогал же их.
Аккуратно уворачиваюсь от таких “ласк” и поднимаюсь.
- Я не хочу рожать непонятно какого ребенка, неизвестно с какой наследственностью. Если бы они забирали двоих, то, пожалуйста, но так нет. Ни за что. Этого не будет.
- Кать, успокойся. Надо обдумать все. - Тянет к себе и обнимает, прижимая к себе. - Катюш, даже если все сделать правильно, никто не знает, какие последствия могут быть для организма. Я не могу рисковать твоей жизнью.
- А в столице есть такие врачи? Я найду другого врача, там другая аппаратура, если ты это не сделаешь.
- Кать, рассказать, какие у женщин последствия могут быть после абортов? Мы можем спровоцировать и второго ребенка, а потом тебя может ждать бесплодие. Вероятно, ты захочешь еще иметь детей. Кать, подумай. Я знаю, что не смогу контролировать тебя постоянно, но хочу переубедить.
Он не понимает, для него это все взгляд со стороны. У нас что? Мы поцеловались с ним два раза. Через неделю он уйдет, а я останусь с ребенком и без мужа. Даже алименты не с кого будет взять.
- Ладно, ты прав.
- Точно не будешь ничего делать?
- Если ты говоришь, что это опасно, значит, на самом деле опасно.
Прости, что обманываю, но тебе меня никогда не понять.
Целью моей жизни теперь становится спрятать беременность и найти врача, который поможет сделать этот селективный аборт. Где только его найти, чтобы нелегально мог это сделать?
Может, в той клинике, где УЗИ делали с Сашей? Там же хорошее оборудование. Надо только как-то найти оттуда врача. И просто так никто не сделает. Деньги нужны.
У меня есть немного сбережений. У Машки можно одолжить. Даже у Кирилла стрясу, скажу, что надо для ребёнка покупать вещи. Притворюсь, что решила оставить себе. Зарплату еще должны дать, если не задержат.
Вытираю влажные ладошки и брюки. Никто не должен знать. Они будут останавливать, а я уже все решила. Никаких чужих детей. Я не смогу его полюбить и отдать в детдом тоже не смогу. Об аборте я жалеть не буду. Я уже это знаю.
Поднимаюсь и иду к начальнику, чтобы отпроситься на пару часов вечером. Не понимаю, с чего начать и куда идти, но что-то делать надо.
- Владимир Александрович, можно?
- Заходи, Катерина. – Вроде и не делает ничего плохого, но я чувствую недовольство. Ему мои постоянные отлучки уже надоели. Уволил бы, да боится.
- Могу я отпроситься сегодня, пораньше уйти?
- Могла и не спрашивать. Катя, может, тебе уже декретный отпуск оформить?
Я открываю рот и смотрю на него. Откуда знает? И все знают, значит?
- Что смотришь? Видели тебя у врача. Залетела? - Я киваю в ответ. - Рожать будешь? - Неопределенно пожимаю плечами. – Помощь нужна?
- А вы знаете кого-то, кто может прервать беременность?
- Ну, есть одна знакомая. Позвонить?
- Да. - Сложность операции не хочу пока рассказывать. Об этом лучше наедине и на месте.
- Подожди. - Начальник не спеша вынимает свою записную книжку из портфеля, листает и набирает номер. Я все также стою в дверях. Присаживаться мне никто не предлагает. От волнения в туалет хочется, но приходится терпеть. Если это малейшая зацепка для решения моей проблемы, то я ей воспользуюсь. - Егоровна, доброго здравия… Как Павел?... Ну и хорошо. Тут у меня девушка есть. Поможешь?... Ага… Ты с ней тогда обо всем поговоришь. - Смотрю на него молча. Надежда греет сердце. Уже все равно как, лишь бы помогли. Закончив разговор, Владимир Александрович что-то записывает на бумажке и передает мне. - Придешь к ней в обед. Там обговорите все.
- Спасибо.
- Давай, мне работница нужна. Не хочу никого искать. Делай свои дела и возвращайся к работе, а то, как морковь вареная ходишь.
Киваю и иду к выходу. Обманываю его сейчас и потом надо будет что-то придумать, чтобы скрыть ребенка, родить, отдать и выйти на работу, забыть все как самый ужасный сон.
Вечером поликлинике меня встречает женщина в возрасте.
- Я от Владимира Александровича.
- Да-да, идите на кресло и рассказывайте, что у вас.
- У меня беременность, - выдыхаю и иду на осмотр.
Ложусь. Расслабляюсь.
- Так у вас уже срок большой, чего затянули так? – Нотки сомнения слышу, но все же это не категоричное «нет».
- А вы делали на таком сроке аборт?
- Аборт можно делать на любом сроке.
- У меня необычный случай.
- И что необычного?
- У меня… двойня и я хочу оставить один плод.
Женщина замирает. Смотрит на меня. Оценивает риски и последствия.
- Это дорого стоит и никаких гарантий.
- Я согласна.
- Точно? – киваю уверенно. – Одевайся.
Врач садится за стол, я одеваюсь.
- Придешь завтра, в семь вечера. Но не сюда, адрес я напишу. Купишь и принесешь то, что указала, сумма написана. Не одна только приходи. Надо, чтобы кто-то проводил тебя до дома потом.
- Хорошо.
- Понимаешь же, что это опасно? Если что, то мы ни причем.
