– Дай… мне… обезболивающее! Или я вырву твой железный глаз и запихаю его тебе в глотку!!!
Иркен тут же был обездвижен в кресле — руки и ноги сковали стальные браслеты, а ПАК был заблокирован в спинке кресла.
– Кажется у моего пациента приступ непослушания. И крайне сильный, я бы даже сказал «смертельно опасный» для окружающих! Ничего. Даже самые безнадежные случаи поправимы. Если тебя не затруднит, избавь несчастного от эмоциональных переживаний, – обратился Врач к стоявшей рядом подчиненной. – Это будет ему и уроком и наказанием за такое поведение.
– Чего?! – Зим увидел в ее руках шприц с неизвестной ядовито-желтой жидкостью. Угроза уверенными шагами приближалась к нему. – Нет, стоять! Не смей подходить!! Я уже успокоился!!!
– В чем я очень сомневаюсь, Зим. Не трать силы на попытки остановить ее. У моей подчиненной отсутствует головной мозг, работают только заученные рефлексы, – засмеялся он собственным словам.
Зим только сейчас заметил, что голову помощницы от лба до самого затылка рассекал огромный шрам. Врач говорил правду.
«Мне конец… – с замиранием сердца подумал тот, пытаясь выдрать руки из стальных браслетов. – Где мой нож?!».
В следующую секунду раздался душераздирающий крик, из-за которого второй помощник чуть было не оглох, отойдя от кресла на безопасное расстояние и вопросительно глядя на Главного Врача.
– Во имя колоний Ирка… За всю жизнь я еще ни разу не видел, чтобы кто-то так боялся уколов. Зим! Ты побил все рекорды по недальновидности во время лечения.
– Шел бы… ты… – не договорил Зим, бессмысленно уставившись на потолочную лампу. Оба подчиненных стояли рядом с креслом, терпеливо ожидая новых приказаний.
– Свободны! – отрезал им Врач. – Мне не нужны глухие помощники. Вернетесь, когда я с ним закончу. Вообще-то я еще ни разу не слышал от тебя благодарности, эгоистичное ты существо.
– Я благодарен тебе… – безэмоционально отозвался Зим, язык которого временами заплетался. Помощники через пару секунд покинули помещение.
– Надо же, – удивился Врач. – Наверно подобное происходит раз в сто лет, чтобы услышать это от тебя. Успокоительное хорошо подействовало?
– Я благодарен за то… что ты меня не убил за все это «чудовищное» лечение. Все. Все остальное... не было лечением.
– Я не только врач, но еще и ученый, позволь заметить. Я ведь должен выявить из твоего случая и научную пользу для Ирка, разве нет? – Зим не ответил. – Ладно. Мне достаточно и такой благодарности, от тебя большего не дождешься.
Он настроил экспериментальное кресло, которое теперь было в рабочем состоянии. За спинкой ожили роботизированные руки, оканчивающиеся различными инструментами. Одна из них поравнялась с грудной клеткой иркена и вонзила в плоть длинную иглу. Зим даже не дернулся, но дело было не в смирительных оковах, от которых его так и не избавили. Вторая рука повторила то же самое, но вонзилась уже в живот.
– И это все? – так же безразлично отозвался элитный солдат. – Это даже болью нельзя назвать… Стыд и позор твоему пыточному креслу, Врач.
– Твой приступ уже прошел? Прекрасно. А это последствия успокоительного — временное отсутствие любых ощущений. Можешь не благодарить.
– И зачем тебе знать, где был Инженер? – продолжил Зим, сменив разговор на интересующую его тему. Он был не в силах даже оторвать голову от спинки кресла, однако его слова даже в таком состоянии звучали вызывающе. – Я не смог определить местность, только слышал их голоса… Значит это было далеко отсюда. А ты… любишь лезть в чужие дела, да?
– Кто меньше знает, тот реже умирает… Хотя ко мне это тоже относится, – с усмешкой ответил ему Врач, все еще работая с контрольной панелью. – Но так и быть. Тебе, как моему «особому» пациенту, я кое-что поясню. Меня действительно интересует, куда мог тайно отправиться лидер станций, скрыв это даже от своих приближенных, но взяв с собой телохранителя… Этот, совершенно неадекватный и не поддающийся лечению мутант! В общем, однажды мне довелось поработать с его мозгами. Не такой тяжелый случай, как твой, но все же... Однако после всех моих трудов он стал еще агрессивнее.
– И… что? – не видел связи Зим.
– Я подозреваю, что Инженер взял его на службу не просто так. Он… как будто пытается исправить мои ошибки.
– Твои… ошибки?! И зачем ему это?
– К твоему сведению, я сохранил статус врача после своего осуждения, в чем я очень обязан Инженеру. Однако мне кажется, что я не оправдываю его ожиданий… Нет-нет, даже не пытайся понять! Знания. Опыты. Точнейшие расчеты. Безмозглые дегенераты, которых я пытаюсь вылечить и исправить всеми возможными способами!!!
– Эй, ко мне это не относится! – выкрикнул Зим, заметив на себе взгляд Врача и полностью протрезвев от успокоительного.
– ...Конечно же нет, Зим. Что бы я не делал, я не могу заслужить уважение командира. Что я делаю не так?
– Сказал бы я, что с тобой не так, псих… – начал Зим, после чего в глазах Врача сверкнул нехороший блеск.
– Ты что-то сказал? – на монокль сдвинулись все имеющиеся линзы, обращенные к пациенту.
