– Благодарю вас, хорошо. Она неплохо справляется с обязанностями жены политика. И, как вы, наверное, знаете, стала неплохим скульптором. Одна из ее работ выставлена в Национальной портретной галерее, – с гордостью добавил Эндрю.
– Обязательно найду ее, как только смогу там побывать. Но не уверен, что сумею вырваться во время этого визита. На этот раз у нас очень жесткий график. Какого вы мнения об американском после? – без всякого перехода спросил Карл.
– По-моему, он неплохо справляется со своими обязанностями. Очень симпатичный человек. Думаю, мы сможем успешно сотрудничать. Как вам понравилось в отеле «Кларидж»?
– Я прекрасно понимаю, почему они несколько лет не принимали у себя высокопоставленных гостей. Жутко хлопотливое занятие! А если серьезно, персонал вышколен безукоризненно, обслуживание прекрасное. Интересно, как бы они отнеслись к тайной любовной связи одного из своих гостей? Хорошо, что министры обороны не позволяют себе ничего подобного. – Глаза Карла весело сверкнули. – В моем положении есть свои неудобства. Президент должен иметь возможность связаться со мной в любое время суток. Поэтому у дверей номера все время дежурит охранник с рацией.
Эндрю рассмеялся.
– Как вам нравится Вашингтон после Принстона? – спросил он.
Карл Майер усмехнулся.
– Про Вашингтон всегда говорят, что это провинциальный город. Чистая правда. Но при этом он совершенно не похож на университетские города. Те провинциальны совершенно в другом ключе. Никогда не видел более консервативного места, чем Принстон. Передовые ученые и общественные деятели приезжают туда спорить о самых современных веяниях в науке и политике, но сам город совершенно не меняется.
– Я слышал, американский Конгресс собирается увеличить ассигнования на нужды обороны? – спросил Эндрю.
– Да, это так. Но вы-то, кажется, спокойнее, чем я, относитесь к восточной угрозе? – Карие глаза Карла снова задиристо сверкнули.
Эндрю внимательно наблюдал за Карлом Майером. Постепенно он начинал понимать, чем нравился этот человек Дейзи. Во время случайной встречи пятнадцать лет назад мужчины не успели как следует рассмотреть друг друга. Оба были не подготовлены к той встрече и, к тому же, тогда они были соперниками. Эндрю запомнил только, что у Карла Майера светлая кожа и очень темные волосы. Они обменялись тогда довольно неискренними улыбками.
Однако сейчас Эндрю чувствовал, что Карл Майер начинает ему нравиться. Тот, в свою очередь, держался весьма дружелюбно. К тому моменту, когда Карл Майер собрался уходить, мужчины уже называли друг друга по имени.
– До скорого свидания, Эндрю, – сказал Карл. – Мы ведь увидимся теперь всего через несколько часов.
Эндрю Харвуд рассмеялся.
– Спокойной ночи, Карл. Наш рабочий день начнется завтра в половине одиннадцатого. Дейзи наверняка захочет, чтобы вы заглянули к нам домой, когда будете не так заняты. Если не в этот приезд, так в следующий.
– Ну, и как же выглядит Карл Майер? – спросила мужа Дейзи Харвуд.
Супруги, как всегда, сидели в кабинете. Сегодня в палате голосовали всего один раз, и Эндрю вернулся домой пораньше.
– Мне он понравился, – ответил Эндрю на вопрос жены. – Очень сдержанный и с юмором. Думаю, что в образе высокомерного интеллектуала он предстанет завтра. С нетерпением жду этого момента.
– Почему? – удивилась Дейзи.
– Сам не понимаю. Может, из любопытства? Карл ведь действительно один из самых умных политиков Америки за последние пятнадцать лет.
– Но он очень изменился с тех пор, как ты его видел? Ведь Карлу должно быть сейчас под пятьдесят.
– Сорок девять, – уточнил Эндрю. – Мы ведь останемся на этот уик-энд в Лондоне. Может, мне пригласить доктора Майера заехать сюда по пути в аэропорт?
– Да, да, конечно, – энергично закивала Дейзи, удивляясь про себя охватившему ее энтузиазму.
На следующее утро, в десять тридцать, Мартин Троуэр проводил доктора Майера и двух его помощников в кабинет британского министра, где уже сидел Остин Бартмор.
На шестиугольном столе для совещаний лежали шесть ручек и шесть стопок бумаги для записей.
С первым пунктом повестки дня было покончено минут за пять.
Второй вопрос касался нового спутника связи системы «Сатир». Перед каждым из присутствующих лежал листочек, на котором была кратко изложена суть дела.
– Как вы знаете, Карл, – начал Эндрю Харвуд, – для связи между военными формированиями Британии наобходима очередная партия спутников типа «Сатир». Причем мы хотим, чтобы эти спутники были абсолютно независимы от американской системы «Солнце».
– Если «Сатиры» нужны только для связи между воинскими частями, почему так важно, чтобы они были недоступны для нашей системы? Мы ведь не Советский Союз, – улыбнулся Карл.
– Это решение принято из политических соображений.
– Понимаю. Но думаю, что это не исключает возможности производства отдельных компонентов спутников на территории США. Можно поручить этот заказ одной из наших крупнейших фирм. Например, «Ю-эс-солар-спейс». Они наверняка справятся с этой задачей лучше английских корпораций.
