Достав из колчана стрелу, Ульвен мгновенно натянул тетиву и выстрелил в спину бегущему редгардийцу. Один всадник упал. Несколько воинов бросились преследовать бегущих. Прицелившись, Ульвен выпустил стрелу, и ещё один редгардиец упал, уже достигнув вершины дюны. В лагере уже было всё решено. Солдаты добивали оставшихся в живых врагов, а те, кто смогли добраться до лошадей, спасались, разбегаясь во все стороны. Ульвен спрыгнул с седла и помог одному солдату выбраться из-под придавившей его убитой лошади. Вытащив его придавленную ногу из-под тела лошади, он подал солдату руку.
–Ты сможешь идти, боец? – спросил Ульвен.
–Похоже, что нет… – застонал солдат и схватился руками за больную ногу.
–Так, Холгер, отставить ныть, сейчас позову Локи, он настоящий костоправ. Он мне сам когда-то ногу вправил во время битвы с северными варварами!
–Спасибо, господин капитан!
–Пока что полежи, а потом соорудим носилки и доставим тебя до ближайшего тихого места. Будешь на солнышке загорать, пока твоя нога не заживёт!
Ульвен опустился на корточки и похлопал солдата по плечу. Локи сам нашёл Ульвена и, спрыгнув с лошади, отчитался о прошедшем сражении:
–Мы здорово надрали им зад! Быть может, максимум десятку редгардийцев удалось бежать. Ещё два десятка сдались под нашу милость, а все остальные пойдут на ужин стервятникам! Наши потери минимальны!
–Молодцы, вы здорово поработали! – ответил Ульвен и похлопал Локи по плечу.
–Посмотри, что у Холгера с ногой, – сказал Ульвен, указав на лежавшего на песке солдата.
К Ульвену подошёл Нарви, аккуратно вытирая тряпочкой лезвие меча. Опустив клинок в ножны, он процедил сквозь зубы:
–Чёртовы редгардийские сабли! – сказал Нарви, поправив на плече окровавленную повязку.
–Сильно? – спросил Ульвен.
–Владелец этого удара – ответил Нарви, указав на своё плечо – остался без головы, так что я, можно сказать, очень легко отделался!
Локи хмыкнул и одобрительно кивнул головой.
–Зря ты не носишь доспехи! – покачал головой Ульвен – Если бы на тебе были наплечники, такого бы не было!
–Возможно, – ответил Нарви – а возможно, было бы ещё хуже, и я бы сдох от этой чёртовой жары!
Носить доспехи в сорокоградусную жару было очень тяжело. Многие солдаты стали терять сознание и падали с лошадей без чувств и тогда генерал Асмунд, скрипя сердцем, разрешил во время перехода через пустыню воинам не надевать доспехи. Теперь лёгкие сабли редгардийцев эффективно поражали незащищённые тела солдат.
–Сейчас пойду и лично перережу всем сдавшимся в плен степнякам глотки! – сказал Нарви, поглаживая пострадавшее плечо.
–Не стоит с этим спешить! – произнёс Ульвен.
–Это ещё почему? – удивился Нарви – А что нам с ними по пустыне таскаться или может отпустить?
–Для начала было бы не плохо их допросить, – ответил Ульвен. – Возможно, кто-то из них знает антурийский, а ты, по-моему, не плохо им владеешь? А ещё надо оттащить подальше от источника вода трупы или ты хотел этим заняться сам?
Нарви нахмурил брови и, ничего не ответив, ушёл.
–Локи, посчитай, сколько у нас убитых и раненых, – обратился Ульвен к товарищу. – Поймайте всех разбежавшихся редгардийских лошадей, и отправь разведку к следующему оазису. Мы заночуем здесь. Утром сюда придут наши основные силы. А ещё прикажи всем на ночь одеть кольчуги! Мы на самом передке и возможно в следующем оазисе располагаются большие силы редгардийцев. К тому же, ночью будет не жарко.
–Хорошо, Ульвен, – сказал Локи и, запрыгнув на лошадь, поехал исполнять поручения капитана.
Весь день дул северный ветер, остудивший раскалённый воздух пустыни, гнавший с моря темные тучи, предвещающие дождь. Это было на руку нифльхеймской армии, измученной за последний месяц страшной жарой пустыни. Благодаря изменению в погоде Асмунд смог бы собрать все силы в один кулак и нанести редгардийцам фатальный удар.
Углубив ров Кафеса, Асмунд оставил в крепости небольшой гарнизон в пятьсот воинов. Разделив армию, на пять частей, нифльхеймцы три недели утюжили Драконьи горы, выбив оттуда всех редгардийцев, а затем стали продвигаться через пустыню Тарим.
Дорога в Ираклион пролегала по дну высохшей реки Санти, во многих местах засыпанной барханами. Когда-то начинаясь в Гномьих горах, река текла сквозь пустыню, питая своей водой большое, живописное озеро. Но с каждым годом земледельцам Ираклиона требовалось всё больше и больше воды для своих посевов. Они строили плотины, отводные каналы и со временем могучая река превратилась в небольшой ручеёк, исчезнувший в песках пустыни, а живописное озеро превратилось в маленькую солёную лужу.
Посидев перед сном с солдатами у костра, Ульвен послушал старые байки Локи, а затем, обойдя караульных, лег спать на тёплом песке. С момента последней встречи Ульвен не видел Фрею уже больше месяца. Обычно перед сном он вспоминал нежные прикосновение принцессы, её сладкие поцелуи, её молодое, стройное тело и иногда она приходила к нему во снах.
