Заклятие немоты полностью

И он принялся насвистывать, отведя взгляд от причитающей утопленницы. Вены на его шее и висках вздулись, как змеи. Со лба капал холодный пот.

Со скорбным воплем красавица скрылась под водой. Волны сомкнулись над ней, круги разошлись, достигнув плота. Наступила мертвая тишина. Девушка больше не показывалась.

Путешественники проплыли прямо над тем местом, где она утонула. Сианад не произнес ни слова. Он сидел прямо, тихо, с пепельно-бледным лицом, устремив невидящие глаза вперед. И все же, удалившись на некоторое расстояние, люди заставили себя обернуться.

Прекрасная девушка вынырнула из реки по пояс, протягивая тонкие белые руки к смертным. На этот раз она не била по воде и вообще ничего не делала, чтобы удержаться на плаву. Она просто была там, и шелковые струи сами ласково огибали ее изящную талию, будто стебель речной лилии. Глядя, как уходит добыча, утопленница не хмурилась и не вопила от ярости. Ее нежное, изящное лицо не выражало никаких чувств, свойственных человеку.

— Каванаг, Каванаг! — звал или напевал мелодичный голос. — Когда б не девица, я кровью твоею могла бы напиться, а сердцем на ужин могла б усладиться!

С этими словами девушка грациозно нырнула, оставив на поверхности легкие круги.

— Будь я проклят, если стану купаться в этих местах, — только и вымолвил Сианад.

Меж тем плавание продолжалось. В зарослях тростника квакали лягушки; высокие деревья с торчащими наружу корнями склонялись над рекой, маня взгляд гроздьями дикого винограда, что свисали с их ветвей.

— Точи! — воскликнул эрт, озаренный внезапной догадкой. Брови его изумленно взлетели вверх. — Все верно: я забыл клевер-четырехлистник в кармане старой рубашки, когда надевал паучий шелк. Вот и поддался мороку. Что значит богатство, а?! Совсем затуманило мне разум. Но ты — просто чудо, опять спасла нас обоих. Надо же было догадаться взять клевера с собой! Одолжишь немного, а, шерна?

Имриен покачала головой: она также непростительно забыла о чудесных листьях и поддалась чарам утопленницы. Но девушка чуть больше полагалась на здравый голос рассудка, а тот подсказывал: так не бывает. Уж слишком много совпадений: племянница Сианада живет в городе — и вдруг появляется в лесной глуши, буквально выныривает под носом у любящего родственника, да еще и в предсмертный миг! Словарного запаса Имриен едва хватило, чтобы растолковать все это недоверчивому эрту.

— А ты уверена, что ты не Видящая? — в который раз упрямо переспросил он.

Девушка устало кивнула.

Вечером прошла довольно слабая шальная буря. Поморосил дождичек и тоже быстро прекратился. Стезя Куинокко наконец-то встретилась с другим извилистым потоком и вскоре превратилась в широкий водный путь, который и влился в настоящую реку — Райзингспилл. Оставалось доплыть до устья, где стоял портовый город Жильварис Тарв. Крутые скалы и горные ущелья сменились мягкими складками холмов, что плавно перекатывались под невообразимым, каким-то фарфоровым небом цвета глаз Сианада.

Река близилась к своей цели. Захватывающее путешествие подходило к концу.

— Скоро движение станет оживленным, — предостерег эрт, прикрывая плащом ларцы с сокровищами. — В этих краях уже шастают охотники на пушного зверя — отчаянные дикари, ради звонкой монеты сами лезут в логово к нежити, да и других при случае не пощадят. На нашем плотике от проворной охотничьей лодки далеко не уйдешь, так что смотрим в оба и как только почуем опасность, тут же уносим ноги.

Судя по рассказам Сианада, выходило, что Жильварис Тарв — разгульный портовый город с чрезвычайно колоритными обитателями. Пираты и разный сброд запросто расхаживают там по улицам, смешиваясь с обыкновенными законопослушными горожанами, а нередко и с титулованными особами. Ни крепостных стен, ни железных ворот, опускающихся в комендантский час, в этом занятном центре оживленной торговли отродясь никто не видал. Здесь заключаются великие сделки и за минуту прогорают огромные состояния. Неудивительно, что кровь в жилах местных обитателей закипает быстро, и так же легко льется на землю — в случае чего. Богачи, как положено, занимают лучшие земли, а беднота ютится на задворках, если сумеет удержаться. Кроме того, в этот восточный порт Эльдарайна частенько наведываются корабли из Намарры. С какими целями? Ну, властям капитаны заявляют одно, а чем они в самом деле занимаются… Кому какое дело? Главное, чтобы не забывали делиться барышами с верхушкой.

— Не, в Тарве мы на плоту не появимся. Так не удерешь от охотников до чужого добра, да и расспросов слишком много вызовет. А коли в городе пройдет слух, что мы везем сокровище, даже если цена ему — ломаный грош, то я и этого гроша не дам за наши головы. Поэтому сойдем на берег в окрестностях; прогуляемся пешком, как обычные странствующие торговцы.