– Значит, Лещук наша палочка-выручалочка?
– Возможно, – улыбнулась Стужина.
– С его приходом в фирму, словно гора с плеч свалилась.
– Завидный жених, надежная опора, – сделала вывод Наташа.
– Я его ценю, как полезного и надежного сотрудника, готового постоять за интересы фирмы,– парировала ее намек женщина.
Ласка любила, когда начальство отсутствовало и эти часы можно было посвятить себе, так как никто не докучал приказами, поручениями, просьбами заварить кофе и тому подобное.
Стужина удалилась, а она по привычке зарегистрировала в книге входящих документов поступившую по почте корреспонденцию, перелистала страницы свежих номеров газет и журналов, отдав предпочтение красочному женскому журналу «Натали», подписанному по ее просьбе. Рассматривая иллюстрации, она успевала отвечать на звонки, однообразно сообщая о том, что президент отсутствует, на совещании. А на одном звонке задержалась, узнав голос Муравича.
– Привет Натали, солнечная женщина. Ласка – ты сокровище и сказка, – нежно произнес он, взволнованно дыша в трубку. – Я тебе посылаю свои флюиды, а ты ноль внимания.
– Привет, коль не шутишь, – отозвалась она, польщенная тем, что студент назвал ее солнечной женщиной, сокровищем и сказкой, хотя первый эпитет больше бы подошел не брюнетке, а блондинке.
– Давай вечером встретимся в сквере летчиков, я без тебя не могу жить,– признался Эдуард.
– Так уж и не можешь? – не поверила Ласка.– До знакомства мог и не страдал, обхаживая свою Марину.
– Наташенька, ну сколько можно упрекать, это все в прошлом,– возразил он. – Вспомни, что Есенин написал, «как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок». Так это и обо мне. Отношения с Мариной были одной из моих ошибок.
– Может и наши отношения ты через месяц-другой посчитаешь ошибкой,– поймала она его на слове. – Мне кажется, что это твое хобби, коллекционируешь девушек, а потом перед друзьями похваляешься , что с каждой из них переспал и не один раз. Ну, что, разве я не права?
– Как ты так можешь, Натали? Ты у меня единственная и неповторимая,– с жаром произнес он.– Я сгораю от страсти, утешь мое сердце. – Ладно, Ромео или дон Жуан. Встретимся в сквере, только на многое не рассчитывай, я не глупая девчонка, которую легко обмануть красивыми словами обещаниями женитьбы. Сначала венец свадебный, роспись в ЗАГСе, а потом и медовый месяц. Я не признаю гражданских браков, которые на руку аферистам и альфонсам.
–Ты неисправима, Наташенька, живешь старыми бабушкиными предрассудками, – потухшим голосом упрекнул студент. – На дворе ХХI-й век, сексуальная революция, эмансипация…
– Вот с другими и занимайся революцией, – рассердилась Ласка и он испугался, что приятное свидание может сорваться.
– Так ты придешь?– нежно спросил он.
– Пристал, как банный лист,– вздохнула она.– А у меня работа стоит. Приду, а если будешь доставать, то и передумаю.
– До встречи,– обрадовался Эдуард, предвкушая радость общения с Наташей, неспособной устоять перед сладким искушением.
– Пока,– ответила она, убежденная в том, что мужчину надо держать на дистанции, лишь иногда балуя нежностями, тогда больше будет ценить и сильнее любить.
Устав отвечать на телефонные звонки, Ласка перевела их на автоответчик, а сама, чтобы скоротать время, углубилась в чтение любимого журнала. В обеденный перерыв в приемную вошел Лещук.
– Привет, референт! Какие новости?
– Здравствуйте, Павел Иванович. Никаких новостей, одна рутина,– в тон ему ответила девушка. Напустив на лицо строгость, юрисконсульт деловито спросил:
– Ника Сергеевна у себя?
– На совещании бизнесменов в горисполкоме. Будет во второй половине дня. Может, что-нибудь передать, когда появится?
–Нет, Наташа, у тебя и без того забот много,– улыбнулся он.– Я буду в суде, гора неотложных дел, задержусь допоздна, сегодня вряд ли увидимся. До завтра. Впрочем, пусть Ника Сергеевна, как только появится в офисе, мне позвонит по мобильному телефону.
– Хорошо, сообщу. У вас, Павел Иванович, постоянно гора дел. И когда вы их только разгребаете?– усмехнулась она снисходительно.
– Не тороплюсь, иначе без работы останусь,– резонно заметил он.
– Если так, то всего доброго,– пожелала она. Юрисконсульт с озадаченным видом вышел из приемной, а Наташа продолжила чтение журнала. Вопреки предположению, Стужина появилась в офисе в начале шестого вечера. Уставшая, с грустными глазами:
– Наташа, где Павел Иванович?
– До полудня работал в своем кабинете, а перед уходом предупредил, что допоздна задержится в суде. У него ведь, как обычно, гора неотложных дел,– процитировала она юрисконсульта и, озорно подмигнув, продолжила. – Очень вами интересовался, просил позвонить по мобильнику. Может, ему что передать? Я готова по факсу или электронной почте сбросить информацию в суд? Вы не стесняйтесь, я с большим удовольствием, ведь это моя работа, функциональные обязанности?
