Был уверен он, как же! Ясное дело, Вирр ждал на его месте молоденькую ведьмочку, хотя вряд ли та ведьмочка, даже если станет выбирать, между королём и Вирром предпочтёт последнего.
— И, должен признаться, — продолжил Вирр, — я сам неделю был не в столице, отправлялся, знаете ли, кхе-кхе, по делам. Да и мне казалось, что в Вархве магическая академия принимает исключительно женщин…
— Нет, просто в Эрроке в последнее время совсем туго с мужчинами, которым действительно позволяют колдовать, — сухо отозвался Шэйран. — Мне повезло.
— Ваши родители непредвзято относятся ко всему, что происходит, или являются кровными врагами королевы Лиары и решили таким образом ей насолить? — поинтересовался Первый Советник. О том, что творится обычно в Эрроке, он прекрасно знал, поэтому существование мужчины-мага вызвало немалое удивление.
— У меня нет родителей.
— О… — Вирр поднял на него стандартно безжалостный взгляд. Когда родителей нет, таким, как он, это только на руку. Никто не придёт взымать моральную компенсацию за несвоевременно убиенного кормильца. — А, позвольте спросить…
— Жены, детей и прочих родственников у меня тоже нет, — холодно отозвался Шэйран. — Никто казну в случай моей смерти не потревожит.
Кэрнисс довольно заухмылялся, даже не стал принимать подобное недовольное заявление за личное оскорбление. Молодым магам можно быть и немного резкими, а от него не убудет, если он продемонстрирует, что способен спокойно и с определённой ноткой сочувствия относиться к ним. Снисходительность во взгляде выводила ещё больше, и Шэйран предпочитал такое откровенное издевательство.
— Ну что же, это прекрасно, — Первый Советник наконец-то поднялся на ноги и, потирая маленькие потные ручонки, обошёл стол. — Рад слышать, что вы прибыли так быстро. Думаю, завтра вы вполне можете приступать к исполнению собственных обязанностей, но сегодня предоставить комнату ещё не могу.
Конечно, не мог. Ибо, предвкушая молоденькую магичку, он собирался предложить ей провести ночь в его палатах, чтобы охранять и ночью от всякой заразы.
— Скажите пожалуйста, господин маг, — продолжил Вирр. — Как мне вас именовать? У вас ведь есть имя…
— Можете не трудиться, «господин маг» меня вполне устраивает.
Вирр возмущённо бросился к грамоте, вычитал там имя и вновь вернулся, пытаясь занять полную благочестия и самодовольства позу, вот только получалось как-то плоховато. Шэйрану он доставал до груди, как и королю, а маг ещё и нагло взирал на него, не собираясь демонстрировать уважение.
— Ну что ж… господин маг, — вероятно, противный советник так и не соизволил запомнить имя или так плохо разбирался в особом почерке эрроканских ведьм, что принял короткое «Шэйран» за нечто тридцатибуквенное, — и каким же объёмом магии вы располагаете? Мне хотелось бы быть в курсе…
Кто-то дёрнул за дверную ручку. Вирр нахмурился — ему хотелось пообщаться с магом наедине.
— Эй, вы, там, можете подождать хотя бы минуточку?! Я занят! — возопил Кэрнисс, а после повернулся к Рэю, словно дожидаясь ответа на свой вопрос.
Под аккомпанемент пристального взгляда Шэйран прищёлкнул пальцами, и в это же мгновение, когда язык пламени с его пальцев сорвался и домчался уже до люстры, временно перевешанной — или это стол кто переставил? — дверь отворилась, явив миру злого, как целая стая голодных волков, короля.
***
«Две берёзы» оказались довольно шумной и при этом крайне дорогой таверной, но тем, кто трудился в замке на благо короля, а не местной торговли, цены уменьшали по крайней мере раза в два. Конечно, на Шэйране никто не отбил огромными буквами «королевский маг, защищающий Первого Советника», но Кэора хорошо знали, и все, кто только садился за стол вместе с ним, автоматически причислялись к служителям добра.
Шэйран сделал ещё один глоток из своего бокала — медовуху он недолюбливал, но уважал больше, чем, к примеру, самогонку, ту вообще в рот взять невозможно. Этот напиток тоже слабо тянул на что-то вкусное, но в «Двух берёзах» дорогие вина не подавали, а попивать водичку или чай как-то не с руки.
— Думал, он мне голову оторвёт, — протянул Рэй. — Такой злой приехал, словно Самаранта его проводила до самой границы, а тут встретила бабушка и довела уже до замка.
— О, да, Её Величество умеет, — фыркнул Кэор. Её Величество была бабушкой и ему самому; сестра Дарнаэла Тьеррона особо на свет не показывалась, но с матерью была на ножах, равно как и все остальные.
— Ну, ты ж сам понимаешь, — Шэйран отмахнулся от наглой служанки, что уже в третий раз осведомилась, не надо ли ему что-нибудь ещё подлить. — Он не особо рад тому, что я дал матери…
— Ещё один повод?
— Именно.
— Будто бы она станет за тобой следить, — стражник скривился. — Дядя Дарнаэл твою мать в последнее время последними словами клял, говорил, что она совсем уже потеряла остатки совести, но не буду ручаться, что до того совесть лилась в ней реками добра и радости.