Залика, видимо, поняла суть вопроса, потому что указала куда-то в сторону горизонта. Уинтер застонала.
– Видно, не близко, – проворчала она, поправляя широкополую шляпу. Саймона расстояние не волновало – лишь бы они поняли, куда пропали Наследники.
Буквально через десять минут Саймон понял, что львята снова куда-то пропали, и вдруг ощутил к Экону долю симпатии. Видимо, ему вчера и правда несладко пришлось… Но когда он вернулся, чтобы их поискать, из-за булыжника вышел дедушка, на руках которого сладко дремали львята.
– Не потерял сорванцов? – спросил Лео, слегка подбрасывая малышей. Им это, впрочем, не помешало, а один даже завалился на брата. – Или меня ждёт разговор с разъярённой львицей?
– Это наши, – с облегчением ответил Саймон. – Как ты их угомонил?
– Не знаю, – признался Лео. – Видимо, понравился им.
Они вернулись к остальным, и Лео пришлось нести спящих львят ещё минут двадцать. Солнце взошло всего пару часов назад, но у водопоя уже собралась половина саванны: клубок шаткого перемирия, держащегося на одной лишь договорённости.
Они остановились там же, где вчера видели Амале. Малыши тут же принялись жадно пить, и Лео поставил львят на землю.
– Без меня не уходить, – строго наказал он. – Это закон.
Львята захихикали и тоже пошли к воде, а остальные остались наблюдать. Уинтер поправила шляпу и осторожно отошла подальше, прячась от грязи на клочке относительно сухой травы.
– А это надолго? – спросила она. Саймон был рад, что они с Шарлоттой и Лео согласились помочь, но прекрасно знал, что терпение Уинтер не безгранично. Особенно когда дело касалось грязи.
– Пойду поспрашиваю, – сказал Саймон, бросая взгляд на пасущихся рядом зебр. – Может, кто-нибудь что-нибудь видел…
Не успел он договорить, как Залика превратилась в точно такого же сине-рыжего скворца, вид которого принимал Тембо, и взмыла в воздух. Саймон, выругавшись, бросился за ней. Шарлотта окликнула их на суахили, но Залика не остановилась – просто понеслась над стадами к северной границе.
– Подожди! – крикнул Саймон, хотя знал, что Залика его не поймёт. Но что ему оставалось? Она летела к Крокодильему ручью; Саймон-то был уверен, что Вадим с браконьерами не трогали Тембо, а вот Залике он по собственной глупости ничего не сказал.
Он догнал её уже на подлёте к реке и даже на такой скорости заметил брошенный на него убийственный взгляд. Тут никакого перевода не было нужно – если бы он попытался остановить её, то не избежал бы заранее проигранной драки.
Но Саймон не собирался её останавливать. Он не забыл предупреждение Фахари о том, что будет, если его снова поймают за границами заповедника, но и Залику бросать не собирался. И всё равно перелетать через реку было страшно, и он тут же принялся выискивать армию Вадима. Если прайд не ошибся, и с ним пришла половина солдат Верховного Совета, в саванне они бы не спрятались. Но они с Заликой уже далеко улетели, а равнина оставалась нетронутой.
Не было видно ни браконьеров, ни солдат, ни палаток – ничего.
– Может, они перебазировались? – неуверенно спросил Саймон, хотя знал, что Залика не поймёт. – Давай вернёмся…
– Кóпьес! – вдруг воскликнула она и без всякого предупреждения резко свернула влево. Саймон последовал за ней мгновение спустя.
– Я тебя не понимаю! – крикнул он, пытаясь догнать её. Он часто летал, но Залика всё равно умудрялась его обгонять – причём настолько, что когда он нырнул к холму из массивных булыжников, она уже скрылась из вида.
Менять форму в воздухе было опасно, и Саймон знал это, но у него не оставалось выбора. Молча понадеявшись, что поблизости нет наблюдателей, он превратился в сапсана и помчался в сторону, где скрылась скворчиха. Но как бы он ни пытался нагнать её, вскоре пришлось признать, что Залику уже не найти.
Он хотя бы знал, в какой стороне она скрылась, поэтому просто полетел к маячащим на горизонте булыжникам. Их, как и скалу бабуинов, удерживали вместе корневища деревьев и прочей неизвестной Саймону растительности, но когда он подлетел ближе, то заметил за листвой трепыхание.
Брезент палатки. И не одной; поднявшись выше, Саймон увидел целый армейский лагерь, спрятанный за холмом. Десятки, если не сотни палаток были расставлены по саванне, тщательно укрытые от глаз любого, кто подходил с юга. Любого, кто шёл со стороны заповедника.
А по лагерю расхаживали бесчисленные солдаты Верховного Совета в форме цвета хаки.
Саймон приземлился на ветвь скрюченного дерева, растущего прямо из камня, и осмотрелся. Голова закружилась; он знал, что Вадим собрал себе армию, но одно дело знать, а другое – увидеть собственными глазами. Лихорадочно озираясь, он попытался найти Залику. Вадим не похищал Тембо с Амале, но его солдаты ждали появления Наследников. Если бы они их заметили…
– Что ты здесь делаешь, Саймон Торн? – вдруг прорычал кто-то. Сердце тотчас же подскочило к горлу, и Саймон медленно обернулся, впиваясь когтями в кору.
Буквально в нескольких метрах от него сидел леопард, помахивающий хвостом, и не сводил с него пристального взгляда.
– К-кто, я? – испуганно переспросил Саймон. – Я не Саймон Торн.
