– Времени мало было, но я справки навел. Новоявленный барон с солдатскими бляхами за храбрость и штурм. Один человечек с солдатиками выпивал и слушал разговоры. Этот «придворный барчук» два караула лично одним ножом вырезал, те и не пикнули. Егеря молодые блевали, как увидели, что от стражников осталось. Потом магией блокпост напрочь снес. А нам заказчик втирает про паркетного шаркуна?! Этот зверь из принципа договариваться не будет. На смерть нас гонят! Под молотки! Я против заказа!
– А я у столичных знакомцев спросил. Барон – магистр, и мать его из рода огневиков. Про аус Хансалов кто слышал?
– Ясно. Пусть заказ берет другой отряд. Те, у кого головы нет.
– Немного не наш профиль.
– Это, конечно, не охрана каравана и не налет на поместье, но отряду пора переходить на следующий уровень, вот вам и предложили задание такого класса.
– С оплатой понятно. Больно все просто выходит, за что платят? И двух волшебников на усиление дают? Давайте повторим – ночью снимаем часовых, скачем к башне, пока не поднялась тревога, захватываем ее и удерживаем три дня?
– Да, так оно и есть.
– В башне не больше взвода охраны?
– Я же говорил.
– Волшебникам и за проход через порталы не мы платим?
– Да! Сколько можно переспрашивать?
– Угу… Хорошо… Авансом сколько дают – треть или половину?
– Половину! И за расходы по перемещению платит один из волшебников.
– Все ушам своим поверить не могу. Условия больно хороши. Даже отказываться жалко.
– Почему отказываться?
– Дык! Пожить еще хочется!
– Да не! Оно понятно! Нам такую башню взять – что двумя перстами сморкануться. Даже волшебник при отряде собственный имеется. Вы мне другое скажите – дело сделаем, и?..
– Что «и»?
– И как уходить будем? Или есть мнение, что весь отряд при башне навсегда останется? В братской могилке… Не! Там озеро… Рыбок кормить будем?
– Что вы такое говорите!
– А то и скажу! Портал в тех краях один. Ты нам после налета к нему предлагаешь пробиваться? А нас так сразу и выпустят! Или по дорогам от погони уходить, к другим порталам, где никого вроде и не ждут? На смерть гонишь, гнида!
– Успокойтесь! Я только посредник!
– Посредник… Дурак ты, а не посредник. Наемник – это не тот, кто на дело за деньги идет, а кто живым возвращается. Нет среди нас дураков! Вымерли!
– Нам нашли один отряд, но это будет очень грязный вариант. Хотя они обойдутся дешевле, чем обычные наемники, но…
– Сомневаешься в них?
– Нет. Тут другое. Может, не зря наемники от денег отказываются? Может, стоит подумать о другом ходе развития событий?
– Чего думать? Деньги уже выданы, и мы в храме поклялись исполнить договор. Мне золото возвращать не хочется.
– Так ведь возвращать и не придется. Я прикинул, что и как делать. План таков. Все произойдет днем. Наш человек в башне перехватывает управление на себя. В это время мы, под видом путешествующих в Загорье, проезжаем мост. Нанятый отряд в открытую едет за нами. Он и отвлечет внимание, и выгадает время, необходимое для уничтожения караульных. Что мы, своими заклинаниями пяток солдат не сложим?
– А потом?
– Пока отряд подтягивается к башне и закрепляется, мы быстро уходим в Загорье. Скачем до ближайшего порта, там нас будет ждать заранее нанятая фелука.
– А оставшиеся?
– Что оставшиеся? Пусть выкручиваются, как умеют. Перед заказчиками мы чисты – отряд наняли, башню захватить пытались, а что захватим, никто не обещал.
– Ковен не подставим?
– Хочешь честно? Зачем лично тебе ковен, возглавляемый нежитью? Желаешь повоевать с церковниками?
– Решил сбежать?
– Возможно. Есть договор, что отряд получает небольшой аванс – только чтобы добраться до места, – но в башне расчет будет произведен полностью. А я вдруг подумал – на двоих деньги легче делить, чем на пятьдесят человек, и затеряться двоим проще… Что ты дела…
– Прости, мой уже покойный приятель, я решил, что и без тебя справлюсь. План хорош, но ты глуп – когда человек один, ему ни с кем делиться не нужно.
Тяжесть женского тела приятна, но я аккуратно освобождаюсь из сладкого плена объятий. Мне больше двух часов в сутки не спится, а малышке надо минимум шесть, а лучше восемь. Пусть высыпается. Смешная! Из всего, что мы вытворяли в кровати, самым безнравственным сочла сон голышом, без рубашки. Во всяком случае, этому больше всего противилась. Накидываю халат, тихонько выхожу за дверь и направляюсь в кабинет. Света не зажигаю.
День был долгим и сложным. Представил малышку Лауре. Та меня сразу выгнала и стала секретничать с моей конкубинкой.
Государь не ругался на ночное отсутствие при дворе. Он решил, что так я исполнил его наказ завести наследника. Дал неделю на «медовый месяц», однако велел присутствовать на заседаниях комиссий. Для Мики передал заколку с меленькими изумрудиками и приказал ей родить сына.
В приемной послушал свежие сплетни. Про меня, понятно, болтают много, но народу я интересен только в плане «поболтать и забыть», мои семейные дела ни на что не влияют. Главные сплетни – про освобождение дворцов и первый, при новом правлении, большой прием в среду.
