Грею так хотелось поучить этих юношей манерам, но ему нужно было заниматься расследованием. Он толкнул вожака вперед, а мужчина отвесил ему оплеуху, заставив растянуться на полу. Музыка замерла, остальные «Зеленые бомберы» надулись за своим столиком, с настороженной безучастностью наблюдая за происходящим. Стриптизерша стояла, уперев руки в бока, и ее нагота казалась теперь нелепой.
Черный костюм махнул рукой в воздухе, и ритмичные барабаны зазвучали снова. Он протянул руку Грею и прогремел:
– Я – Лаки, что, как известно, значит «везение». Полагаю, вам до сих пор было не известно, что Лаки – африканское имя, не так ли, мистер…
– Грей.
Лаки сверкнул президентской улыбкой. Его нижняя челюсть выпирала, как у культуриста, а когда он говорил, мышцы шеи бугрились над воротничком. Из-за коротко стриженных волос голова казалась почти квадратной, а широкое полное лицо усиливало общее впечатление массивности. Грей легко мог представить этого человека на танке, с громадной сигарой, во главе идущей на столицу повстанческой армии.
– Пожалуйста, примите мои извинения, – сказал Лаки. – Здесь вам всегда рады. Какой позор, что этим мальчишкам позволено рыскать по всей стране, будто бродячим псам! – Он махнул в сторону коридора. – Мне хотелось бы лично засвидетельствовать свое почтение новому клиенту. Давайте пройдем ко мне в кабинет, выпьем виски. Гарантирую, вы сочтете такое времяпровождение более приятным.
Грей воспринял это скорее как приказ, чем как приглашение, хоть и не думал, что Лаки собирается немедленно сделать ему какую-нибудь пакость. Похоже, хозяин заведения говорил правду, утверждая, что служит деньгам, а не политическим идеям.
Лаки провел его скудно освещенным коридором мимо шести закрытых дверей через задрапированный занавесками проем в дальнем конце. Прямо перед ним начинался еще один коридор, он уходил вправо.
А за занавесками в просторном помещении звучал африканский джаз. В центре стояли роскошные кожаные диваны и кресла, слева вдоль стены тянулся бар с широким ассортиментом напитков. Возле дальней стены виднелась рулетка, у которой сейчас никого не было.
Двое мужчин, черный и белый, дружески пикировались у бара. Ошеломляюще красивая зимбабвийская девушка за стойкой взглянула на вошедших. Лаки поднял два пальца, и руки напоминающей газель красотки пришли в движение. Ей было явно не больше шестнадцати лет, и Лаки в глазах Грея пал еще ниже.
А тот провел американца к паре мягких кресел в центре помещения. Двое телохранителей заняли кресла в нескольких футах позади Лаки. Барменша принесла два бокала с виски, Лаки полез в карман костюма и достал две сигары. Грей отказался от предложения, а Лаки закурил. Грей вспомнил образ, возникший у него в голове, когда он только увидел этого здоровяка, и ухмыльнулся про себя. Затем осторожно осмотрелся: ни окон, не камер видеонаблюдения, ни дверей, помимо проема в стене за занавесками.
– Как видите, – сказал Лаки, – мой клуб больше, чем кажется на первый взгляд. Его переднее помещение предназначено для тех клиентов, которые… в основном передвигаются пешим порядком.
– Похоже на то.
– А вы немногословны, мистер Грей. Всегда находил это признаком осторожного человека. Позвольте полюбопытствовать, как вы обнаружили мой клуб?
– Узнал о нем от знакомого.
– Неужели? Могу я поинтересоваться, от какого именно?
– От Уильяма Эддисона.
– Мистер Эддисон – хороший клиент. У него исключительный вкус и на женщин, и на виски. Вчера ночью я обратил внимание на его отсутствие, хотя он обычно всегда присоединяется к нам по средам. Интересно, что могло помешать ему в этот раз. – Лаки поднял свой бокал. – Возможно, вы тоже станете нашим завсегдатаем.
Грей тоже поднял бокал и оценил про себя Лаки: просто эталонный типаж хозяина заведения подобного рода.
– Никогда ничего нельзя знать заранее.
– Как вы познакомились с мистером Эддисоном?
– Я работаю в американском посольстве.
– Мои лучшие клиенты как раз оттуда! Теперь, когда в Зимбабве не рады иностранным журналистам, мне бы пришлось жарить на улице кукурузу, не будь дипломатов! – взревел Лаки и хлопнул себя по коленке. От смеха его костюм пошел волной взбугрившихся мышц. Отсмеявшись, он спросил: – Ждать ли нам мистера Эддисона сегодня вечером? Буду рад, если вы тоже останетесь. Вы обнаружите, что после захода солнца у меня в клубе куда занятнее. Все самое лучшее мы приберегаем на вечер.
– Сегодня не удастся, но когда-нибудь обязательно.
Лаки стрельнул взглядом в сторону эффектной барменши и развел руками:
– Понимаю, друг мой. У каждого из нас свои обязательства.
– Совершенно верно, так оно и есть.
Хозяин клуба поднял свой пустой бокал и сделал знак принести еще две порции выпивки. Грей сделал отрицательный жест.
– Мне нужно вернуться в посольство. На самом деле, я ищу Уильяма. Не видел его уже пару дней.
– Неужели? А у этой его дамочки вы уже справлялись?
– Она тоже не знает, где он.
Лаки пыхнул сигарой.
