Заклинатель кисти [СИ] полностью

Водоворот воспоминаний схлынул так же быстро, как и нахлынул, вернув меня вновь в тускло освещенную комнату, опутанную неестественной тьмой. На этот раз мужчина с лицом отца стоял совсем близко. Его тонкая и бледная рука коснулась моей щеки, и я невольно, с ужасом посмотрел на ее обладателя, однако чувствовал себя таким слабым после всего этого жуткого водоворота видений, что не мог и толком отпор дать. Тот довольно улыбался, смотря мне прямо в глаза. Зрачки его неестественно сузились, став похожими на кошачьи, и из горла вырвался голос, совсем непохожий на ранний — более глубокий и устрашающий.

— Наконец-то. Тело, которого я достоин, — не успел я и губами пошевелить, как человек закатил глаза, и тело «Ниура», отяжелев, упало на пол. Вместо него передо мной стоял черный и высокий силуэт. В месте, где у него должны быть глаза, горело жуткое, оранжевое пламя. Зло и победоносно рассмеявшись, он вдруг резко влетел в меня, словно порыв ветра, и исчез.

Поначалу я не почувствовал ничего, но затем грудь словно загорелась огнем, и, издав болезненный стон, согнулся пополам. Жар и боль быстро усилились и, казалось, готовы были вот-вот поглотить меня полностью, уничтожив. Не выдержав, я повалился на пол, сжался в комок и принялся мысленно молить всех известных божеств о помощи.

И одно из них пришло мне на выручку… то самое, что вселилось в меня. То самое, что недавно управляло отцом, как марионеткой. То самое, что затеяло весь этот ужас с проклятьем и убийствами невинных… Божество Иаду.

Я проваливался в густую тьму. Проваливался так долго, что, казалось, прошли столетия, однако затем, когда она расступилась, и смог, наконец, пошевелить руками и ногами, то обнаружил, что лежу в месте необычайно белом, без стен и потолка — лишь линия горизонта там была черная. Словно кто-то провел кистью по белоснежному листу, разделив его надвое. Поднявшись, в изумлении огляделся, и одно мгновение был я один посреди этого необычайно странного и грустного края, но в другое — уже нет. Словно из неоткуда рядом со мною появились двое — мужчина и женщина. В ней я узнал матушку — постаревшую, но красота ее еще не была подпорчена болезнью. В нем… я не узнал никого. Мужчина этот был высоким, бледным, как аристократ, а черные и растрепанные волосы его струились до самого пояса. В лице незнакомца проглядывались черты, которые замечал в Уджа, но вместе с тем было в нем что-то паучье: может, в том, что глаз было не два, а четыре, или, может, в том, что белки их были черны, как безлунная ночь… или в чем-то другом… Одетый в дорогой черный халат, мужчина походил на красивого очеловеченного паука. Рослый, с длинными руками и ногами и необычайной грацией. Или, может, в нем все-таки было больше кошачьего?.. Неважно. Сколько бы ни вглядывался, я лишь находил в нем слабое сходство с Уджа, однако умом никак не мог понять, в чем же именно оно заключалось.

— Ну, здравствуй, Унир, — улыбнулся мне незнакомец мягко, смотря на меня сверху-вниз. Матушка же, стоя рядом с ним, глядела невидящим взглядом куда-то в сторону. Выражение лица у нее было отстраненным. — Наконец-то ты увидел меня таким, какой я есть. Без лживых сосудов.

Помедлив, я поднялся с белоснежного пола, который на ощупь был подобен голой земле.

— Где я? — попытался припомнить, что случилось со мною до того, как очнулся здесь, но никак не мог вспомнить ничего дальше того момента, когда открыл дверь в дом Мэй Лу. Где же Аум?.. Что это за место?..

— А ты не помнишь? — в голосе мужчины послышалось любопытство. — В прочем, оно и к лучшему, — он усмехнулся. — В данном случае незнание — благословение.

Незнакомец попытался приблизиться ко мне и коснуться моей руки, но я отстранился. Не нравились мне ни ситуация, ни он сам… любому бы здравомыслящему не понравились.

— Кто ты? И где я? — нахмурившись, попытался спросить как можно тверже. Несмотря на то, что происходящее пугало, я смог найти в себе силы заглянуть этому странному человеку в глаза, при этом делая весьма храбрый вид.

Лицо мужчины вдруг переменилось, сделавшись более хищным, а улыбка — более жестокой. Оно напомнило мне о том, каким был Уджа под действием Камня безумия. Однако стоило только подумать об этом, как человек в черном халате состроил удивленную гримасу.

— Тебе известно о камне? — он резко приблизился ко мне. Я попытался отстраниться, но его цепкая рука схватила меня за ворот, и он приблизил ко мне лицо. От него ничем не пахло — лишь веял неприятный холодок. — Где он? — четыре глаза с белой радужкой вперились в меня.

Мне сделалось очень страшно, но страх вдруг придал сил дать существу отпор. Нахмурившись, ответил:

— Ничего я тебе не скажу.

Мужчина изумленно вскинул бровь, словно не ожидал услышать от меня таких слов. Матушка, до этого стоявшая недвижимо, словно статуя, оживилась: взгляд ее наполнился осмысленностью, а на лице появилось изумление, смешанное с ужасом. Резко посмотрев в нашу сторону, женщина с небольшим промедлением бросилась к нам и попыталась отстранить незнакомца от меня.