– Да кто решил?
– Я.
– Ты ненормальная… – пробубнила Оливия, ошарашено идя за блондинкой.
С правой стороны от здания был яблоневый сад, через который проходили, будто паутинка, множество дорожек и железный арок, обвитых плетущимися алыми розами. Если б девушки не торопились, Оля с радостью осталась бы здесь надолго, но тревожные ощущения не покидали даже тогда, когда подруги без проблем дошли до тёмной железной двери под бронзовым козырьком.
Элиз натянула до пальцев рукава куртки, нажала на золотистую ручку и потянула, но дверь не поддавалась
– Ага, получи, фашист, гранату, – нервно усмехнулась Оливия.
Азарт в серых глазах Элиз сменился тревогой, отчего зелёных крапинок в них стало, будто, больше. Пелтье напряжённо смотрела то на дверь, то оборачивалась в сторону сада, как если бы оттуда мог кто выпрыгнуть с криком «ПОПАЛИСЬ!». Но никто не выпрыгивал и, вообще, Оле начало казаться, что здание стало необитаемо. Камера на углу «офиса» мигала красным светом, если бы за ними кто наблюдал, то уже пришли бы…
Девушка замёрзла на столько, что не могла уже нормально говорить – зуб на зуб не попадал. Пока Элиз возилась с какой-то пластмассой и зажигалкой, Оля прыгала с носка на носок и тёрла ладони.
– Долго ещё? Что ты вооб-р-ще твор-р-ришь? – передёргиваясь, будто холод уже разъедает изнутри, спросила Оливия, косясь на расплавленную пластмассу, которую Пелтье засунула в отверстие для ключа.
Сначала Оля подумала, что Элиз пытается взломать замок, но потом поняла, что это даже близко не отмычка, и подруга просто засоряет личинку.
– Зачем-м-м, скажите мне на милос-с-сть, – прошипела Оля.
– Ща, помолчи, – отмахнулась Элиз.
– Будто что-то изменится, – буркнула Оливия, продолжая то наблюдать за действиями подруги, то смотреть по сторонам.
– Как думаешь, здесь есть собаки? – невзначай поинтересовалась Элиз.
Может, это и странно, но Оливия сразу перестала дрожать, да и вообще надоело жаловаться. Девушка огляделась – пока никого, а потом снова посмотрела на Элиз. Пелтье уже засунула другую пластмассу – не растопленную.
– Если здесь и есть собаки, то нюх у них точно отсутствует, – скривилась Златова, помахивая около лица рукой, тем самым отгоняя чёрный дым, который уже во всю струился в открытые окна.
Элиз проследила за взглядом подруги и лишь виновато повела плечами, мол, иначе никак.
– И что дальше?
– Подожди. – Эля хмуро мотнула головой – Не всё так быстро.
Прошло около десяти секунд, большую часть которых Пелтье дула на замок. Потом она легонько потянула на себя кусочек пластмассы, а когда он не поддался, повернула по часовой, шатая из стороны в сторону. Раздался щелчок.
– Как?!
Оля в шоке смотрела на улыбающуюся подругу, которая лила на пластик жидкость из маленькой бутылочки. Масло?
– Это не обычный пластик, если ты подумала, – заговорщицки подмигнула Элиз. – Пришлось позаимствовать у одного нашего знакомого.
– Ты стырила это у Зверева?! – Оливия уже начала нервно смеяться, то ли, представляя последствия, то ли от радости, что всё получилось.
А что получилось-то? Да, дверь открыта, да, они живы, и их пока никто не поймал, но начальный план разве такой? Разве они собирались заходить на территорию врага? А ещё в то время, когда Братство устраивает переговоры со Стрельцовым.
Оливия лично не встречалась с Братством, да и Альберта Стрельцова видела лишь пару раз, но отлично представляла, на что готовы эти люди… если их заметят…
– Пойдём? – спросила Элиз так тихо, что Оля услышала только «йдём», но и этого было достаточно.
Назад дороги не было – спокойно их охрана не выпустит, оставалось только вперёд.
Девушки прошли в тёмный, ничем не освещённый коридор и замерли, прислушиваясь. Элиз медленно расстегнула куртку и, сняв, повесила на руку. В этот момент Оля, ухмыляясь, подумала, что всё-таки правильно она подобрала одежду. Не шуршит и удобно, а холод – ерунда.
– Нам куда? – прошептала Златова, стараясь хоть что-нибудь разглядеть, но когда Элиз закрыла дверь, наступила кромешная тьма.
– Не знаю. Держись за стены и смотри под ноги.
– В смысле «смотри»?
– Просто идём.
