– А что там находится?
– Да вроде ничего, до Заброшенного района далеко, а Богатые коттеджи – территория Братства, к ним Стрельцов не сунется, так что…
– А где ваш дом находится?
– Какой? – не поняла сначала Оля. – А, я не знаю, но, вроде, где-то там, адрес не помню, я там не была.
– И Наталья имеет доступ к этой карте?
– Ну да, а что? – Оливия переводила взгляд с камеры в руках Алёны на её лицо и обратно. – Ой… Думаешь, он ей собрался мстить? Но ты ещё не всё знаешь! У Альберта какие-то распри с Осколками, слышала о таких?
– Конечно, они в конце октября устраивают маскарад.
– Да, и я думаю, что Шипы против них пожары жгут, – объяснила Оля.
– Возможно, но это в другой части города, они могли бы попытаться убить двух зайцев одновременно, – покачала головой Алёна.
Пошёл второй круг.
– Да, но она всего лишь журналистка! У неё такая работа.
– На то, что это её работа, Стрельцову явно плевать, но он явно не собрался её убивать, – сказала Дезёт, отдавая камеру Оле.
– Он, конечно, злой, но не настолько, – согласилась Оливия, вспоминая его весёлый голос. – Но что тогда?
– Да тут кое-что вспомнилось… Ты же знаешь, что я уже многое прочитать успела, да?
– Ближе к делу.
– Исх 22:18.
– Чего-о-о-о, – уставилась Оля на подругу.
– Исх, – усмехнулась Алёна. – Либо время, других предположений нет.
Минуты две они посидели в тишине, а потом Оливия потянулась за телефоном.
– Это из Ветхого Завета, – сразу сказала Дезёт, зная, что Оля сейчас будет искать слово в интернете.
– Поконкретней, – Златова убрала смартфон обратно в карман.
– Ворожеи не оставляй в живых.
– А на русский?
– Исх – глава 22:18, текст к ней – «Ворожеи не оставляй в живых».
– Допустим, поняла, но ты думаешь, они такие святые, что решили Ветхий Завет задействовать?
– Возможно, им нужна была шифровка, – пожала плечами Алёна.
Третий круг.
– Может, это вообще не Шипы. – Златова покачала головой.
– Может, или… они о чём-то предупреждают.
– О чём? Стоп! Ворожеи! Может, они собрались их?..
– Возможно, но, может, это просто опечатка, – сказала Алёна. – Скажем кому?
– Кому?
– Не знаю, – пробормотала Дезёт. Колесо остановилось и девушки, выйдя из кабинки, начали спускаться по сырой от дождя железной лестнице.
Оливии пришло сообщение Дани: «Её вариантик, адекватный вроде, несколько языков знает. Десайи Иннокентий Константинович».
– А если у самих Шипов спросить, может, они этого…
Но продолжить не успела, поскользнулась на скользкой лестнице и носом вперёд полетела на землю через три ступеньки, а там была грязная лужа. Вода в неё, видимо, сходила и с палатки с билетами и со ступенек. Оливия замерла в предвкушении громкого «Бух!», но то, что произошло, превзошло все её ожидания. Облокотившись на железные перила с другой стороны лестницы на земле стоял светловолосый парень, услышав крики, он резко повернулся на звук, развернулся и, оказавшись лицом вперёд к Оле, попытался поймать Алёну.
Первый поднялся Кеша, как Оливия решила его называть, и помог встать промокшей девушке. В иной раз Дезёт и сама бы принялась хохотать – неловкость – недостаток Оли, но никак не её, но, увидев перепачканного блондина в той же зелёной рубахе, потеряла дар речи.
– Знакомьтесь, голубчики, – сказала Оля, подходя к ним и усмехаясь. – Кеша, – девушка показала на парня, – Алёна, – повернулась к подруге.
– Я – Иннокентий, – поправил юноша, улыбаясь. – Ты сама-то кто?
– Я? – Оливии захотелось сказать: «свидетель на вашей свадьбе», но потом поняла, что это слишком. – Меня Олей зовут,– просто буркнула она.
Блондин на миг напрягся, или же девушке это показалось, но потом сказал:
– Приятно познакомиться.
– Может, в пиццерию? – предложила Оливия, глядя на Алёну, которая пребывала в лёгком шоке.
Кто она
Иннокентий сначала подумал, что перед ним стоит сама Оливия Златова, очень уж редко он встречал людей с синими глазами, но у девушки были рыжие волосы, что не мало смутило сыщика. Конечно, она могла и покраситься, но для принцессы Алых Городов – это что-то новенькое. Когда Оля предложила сходить в пиццерию, парень согласился, хотя так и не узнал за неделю, проведённую в городе, что это.
– Вы какую будете? – спросила девушка, подходя к витрине.
– Сырную, – ответила Алёна.
Блондинка старалась не улыбаться, но это у неё плохо получалось: щёки порозовели, а уголки губ подрагивали.
– А Вы, сударь? – чопорно спросила Оля, повернувшись к Иннокентию.
– Эту, – кивнул парень на кусочки пиццы «Маргарита».