– Нет, ну ты видела?! Они прямо мимо кабинета Натальи Фёдоровны пробежали!
– Вообще обнаглели!
– Слушай, а как этого симпатичного шатена зовут, не знаешь? – прозвучал воодушевлённый девичий голос.
– Нет, но он явно не в команде Зверева, староста их, вроде…
– Нет, староста – это та, что с каштановыми хвостиками, вредная такая, – не согласилась первая девочка.
Оливия уже видела их ноги и туфельки на немаленьком каблучке, но девчонки остановились, продолжая болтать.
– Значит, за ним не следим? – спросила вторая.
Оливия подавила смешок.
– Нет, только за Никитой и Даней.
– Может, этот тоже с ними, – послышался голос третьей девочки, она до этого молчала. – Он тоже красивый, глаза карие, высокий такой, явно спортсмен.
– Нет, красивый – не значит, что богатый.
На этом Оля не выдержала и прыснула. Девочки вздрогнули. Протирая глаза под очками, Оливия поднялась на третий этаж, где стояли девчонки. На вид – класс пятый.
– Что ржёшь, рыжая? – спросила высокая девочка со странного цвета волосами и веснушками на лице. Создавалось впечатление, что она сама решила высветлить себе волосы, а цвет получился, как шерсть у дворовой псины. Ах да, веснушки… точнее, их жалкое подобие или пособие «Как разукрасить лицо йодом».
– Тебя просто увидела, – улыбаясь, сказала Оля, рассматривая трио.
– Твои слова такие же бессмысленные, как и ты, – сказала вторая девочка. У неё волосы были в порядке – аккуратно завязаны лентой в светлый хвостик, а вот на лице были кошмар и ужас. Казалось, что она закупилась в магазине «80-ые – 90-ые РАСПРОДАЖА» и накрасилась самыми яркими цветами так, что для полного комплекта не хватало только блузки в ягуаровых пятнах и строгой чёрной юбки.
– Вот-вот, очкастая, проваливай, – подала голос третья полненькая девчушка. – А то будет вся школа говорить о тебе, а точнее, о том, как мы тебя урыли.
Девчонки засмеялись, а Оля спрятала улыбку, нацепив свою любимую гримасу, которая так и говорила, что лучше держаться подальше.
– Дорогуши, вы, наверное, не так поняли, но обо мне уже и так говорит вся школа. – Оливия снова улыбнулась. – Моя фамилия Златова. Не слыхали?
Девочки переглянулись, а потом первая сказала, махнув рукой:
– А-а, ты из команды Зверева. Будем знакомы, я Маша. – Девчонка протянула руку в сторону Оливии, но та брезгливо отстранилась.
– А я та, из-за которой у вас могут быть проблемы, мелюзга. Говорите, что видели.
– А что это ты раскомандовалась? – спросила третья девочка.
– Либо вы говорите, что видели и слышали, либо я сплавляю всю инфу о вас директрисе, а также ваш любимчик Зверев лично прочтёт вам нотацию о том, что в школах в первую очередь должны быть дисциплина и уважительное общение со старшими.
На словах о Никите глаза девчонок мечтательно заблестели, и Оливия уже хотела пожалеть о сказанном, но первый вопрос её слегка удивил.
– Что ты сделаешь? Сплавишь? – Девчонка с боевой раскраской рассмеялась. – Так только деревня говорит.
– Будешь со мной спорить, в глуши и проведёшь всю оставшуюся жизнь, пока волки не сожрут, – сплюнула Оля.
– Да кому ты угрожаешь, очкастая. – Маша подошла ближе к Златовой. – У нас уже есть те, с кем мы проведём свою жизнь в богатстве, а у тебя?
Оливия засмеялась.
– Мелюзга, да вам лечиться надо. Вот поколение пошло! Мы боимся и слово о чувствах сказать, а вы уже женихов на несколько лет старше нашли. Ну-ну, удачи. Кстати, а что вы мелочитесь, слыхали, барон Варшавский пати на днях устраивает, он не женат. – Оля снова прыснула. – На ней и Альберт Стрельцов будет. – На этот раз смех дошёл до боли в животе, и девушка согнулась пополам. – А что, подумаешь, у него девушка есть, её и подвинуть можно…
Звонкий смех эхом бежал по коридору, возвращаясь опять к хозяйке. Златова думала, что это усмирит пятиклашек, но нет, одна умница спросила:
– А кто это?
Оливия хотела продолжить хохотать, но ручка двери, ведущей на третий этаж, опустилась, и девушка резко умолкала. Знаете, бывает, что за то время, пока учитель говорит слова «А к доске пойдёт…», ученики успевают выучить уроки и схватить лёгкий инфаркт. У Оливии в голове произошло примерно тоже и, когда дверь начала открываться, она уже думала, какую отговорку из десяти сказать, и какой итог будет от каждой. Но они не пригодились. В плохо освещённый коридор вошла голубоглазая девушка чуть выше Оли.
– Ну наконец-то! – воскликнула Алёна, размахивая включённым телефоном.
У Оливии от резкого света заболели глаза.
– А ты что здесь делаешь? – спросила Златова.
– Как «что»?! – Алёна уменьшила яркость на экране и передала телефон подруге. – Читай.
