– Либо пока к нам не приведут войска, либо пока мы сами с этим не справимся. Но другие области не знают, что у нас тут происходит, поэтому сомневаюсь, что, если мы заявим о случившемся в государственный органы охраны, нам выделят людей на защиту. Это должен сделать губернатор, с которым мы не очень дружим.
– Значит, город остановится? – переспросила Оля.
– В общем-то, да.
Они побыли в тишине несколько минут, а потом Алёна спросила:
– Мы сможем отправиться по домам?
– Думаю, что да, но сейчас люди слишком уж нервные. Советую переждать в охраняемом помещении с кем-то.
– А родители?
– А они пусть из дома не выходят. Или, если на работе, пусть сидят там. Не лучший вариант – ходить сейчас по улице.
– А Вы куда потом пойдёте? – поинтересовалась Оливия.
– Поживу у друзей, дом далеко, – сказал человек в плаще.
Вообще, если бы они с Олей были вдвоём, полтора часа прошли бы намного веселее, но парень из Братства мешал своим присутствием. С одной стороны, он вовсе не казался опасным, как поговаривали о людях из Братства, но всё равно было как-то тревожно. А ещё Алёна не могла поделиться с подругой последними новостями и расспросить, что же случилось с её лицом и ладонями. Девушка гадала, когда же шум с улицы закончиться, но он как дождь – то нарастал, то прекращался на несколько минут, поэтому выходить было небезопасно. А ещё Алёна понимала, что перепила слишком много разных морсов со столов дегустации.
– Мне кажется, что уже можно выходить, – произнесла Алёна, когда вновь наступила тишина.
– Гробовщики унесут твой труп, – пессимистично ответил парень, подняв руку с сжатым кулачком в качестве поддержки.
– Спасибо, – произнесла Алёна Дезёт, подходя к двери.
Когда девушка её открыла и попыталась выйти, послышались выстрелы. Дверь снова оказалась закрыта.
– Предлагаю ещё посидеть.
Примерно через полчаса Оля вяло спросила:
– А помните, в начальных классах говорили что-то о русском гостеприимстве?
– Нашла, что вспомнить, – хмыкнув, сказала Алёна.
– Кстати, мысль. – Парень поднялся с пола на ноги и, обойдя сидящую на ступеньках Оливию, поднялся на первый этаж. – Не думаю, что меня не впустят.
– Не думаю, что кто-то Вам откроет, – произнесла Дезёт, осматривая его чёрный плащ.
И правда. Парень обошёл три этажа, стучась и звонив в каждую дверь. Как и сказала Алёна, никто не открыл.
– Вы так и будете там сидеть? – крикнул человек в плаще девушкам. – Помочь не хотите?
– Вообще-то, нет, но Алёна уже поднимается, – прокричала в ответ Оливия, и Дезёт пришлось встать с пола. – Сама сглазила, сама и стучись.
Но даже с симпатичным Алёниным личиком им никто не открыл. Слышался звук отодвигающихся глазков, но хозяева отказывались пускать незваных гостей, даже не отвечая на стук.
– Оль, мы уже пять этажей проверили, может, поможешь? Там лифт, вроде, работает, – немного повысив голос, сказала Алёна.
Златова понимала, что в таком городском хаосе им никто не откроет дверь, заботясь лишь о своей шкуре, но всё же встала.
– Вы просто лохи, – крикнула девушка.
Оливия поднялась на первый этаж и постучала в деревянную дверь. Послышался щелчок глазка. Затем замка. К небольшому удивлению девушки, дверь открыли, но…
– Как тесен мир. – Покачала головой старушка, которую Оля уже успела забыть.
Да, перед ней стояла та самая бабулька, у которой Златова «покупала» цветы.
– Ой…
– Я смотрю, не в то русло тебя жизнь занесла, девчонка, – усмехнулась цветочница, с интересом рассматривая шрамы девушки. – Ничего не хочешь мне сказать?
Да, умение попадать в ужасные ситуации зашкаливает…
Наверху стало как-то подозрительно тихо, и Златова поняла, что они там подслушивают. Она могла извиниться, тогда бы их, возможно, пустили, но язык не поворачивался сказать простое: «простите, виновата». В голову Оли сразу полезли разного вида грубости, но она их очень постаралась отмахнуть. Если их сейчас не пустят, Алёна её потом прибьёт. Или тот парень из Братства, у него по-любому есть с собой оружие. Хотя, Дезёт быстрее.
– Я могу отдать Вам деньги в два раза больше, – в итоге произнесла девушка.
Бабулька недовольно поцокала языком, а Оля сделала провинившееся лицо.
– Испорченное поколение… Нельзя даже просто прощения попросить. Вот и ищи на свои деньги гостеприимства, – сказала старушка и захлопнула перед Оливией дверь.
– Дрянь! – крикнула девушка, разозлившись, и ударила о дверь ногой.
– Это ты дура, – прокричал парень сверху.
– Сам идиот! Заткнись…
Златова в бешенстве спустилась вниз и шибанула дверь на улицу так, что осталась вмятина. Вот почему она не могла просто вежливо поговорить?! Так сложно было просто сказать: «простите»? Оля стучала мягкой стороной кулака по двери и не услышала, как к ней подошли. Парень резко схватил её за плечо и, развернув, прижал за горло к стене.
– Слушай меня внимательно, – угрожающе прошептал он девушке на ухо, приблизившись так, что Оля чувствовала ткань капюшона на одной стороне лица. – Если ещё раз обратишься ко мне невежливо или загубишь возможность попасть куда-либо, поймёшь, как именно Братство заполучило город. Поняла?
