- Я не влюблена в него, - слишком пылко отрезала я.
- Ты свое лицо видела, когда Анита упомянула о нем? Еще как влюблена!
- Мне, кажется, нет..
- Ты что влюбилась в Коула?!!!
На лице Беатрис просиял такой ужас, что мне стало смешно. Заклинательница теней, по ее мнению, не должна влюбляться в самого просто парня, которого здесь можно только найти. Я не выдержала и расхохоталась в голос, а Летиция, которая возилась с вещами неподалеку аж подпрыгнула на месте.
- Беатрис, я не влюблена ни в Коула, ни в Маля, они мне не безразличны, да, но нет, я никого из них не люблю.
Или все-таки люблю? Что такое любить вообще? Какого это?
-Ну-ну… - проворчала Беатрис и, слава Богам, отошла от двери.
***
Коул не смотрел на меня, он хмурился, вглядываясь в тень у стены дома за окном. Я уже видела такое выражение на его лице. Сердце сдавила тоска.
Я стояла в этом странном, непонятном для меня месте, где разбирали автомобили по частям. Бесконечные детали, винтики, колеса и замысловатые инструменты, с которыми Коул орудовал так же легко как я с травами и со своими силами в Большой земле. Здесь пахло машинным маслом, пылью и машинами. Это место было для меня чужим, но Коул никогда таким не был и не станет. Наш странный симбиоз - притяжение абсолютно разных личностей, разных по своей сути и мышлению, пугал и завораживал одновременно.
- Значит домой уезжаешь, - усмехнулся он, не глядя на меня. Голос безжизненный, злой. Так не похоже на Коула.
Я сердито засопела. Но злиться сейчас на него было бы слишком по-детски. Ведь это я ухожу, он лишь не хочет отпускать меня. Ведь сейчас я в зоне доступа пары кварталов.
- Очень скоро я вернусь.
- Зачем? – резко спрашивает он.
- Здесь тоже мой дом, Коул, - спокойно отвечаю я.
- Я могу поехать с тобой, - совершенно серьезно предлагает он.
Не могу сдержать улыбку. На секунду представляю как Коул проходит сквозь тень, оказывается на маковом поле и созерцает безжизненный исполинский дворец. Теперь улыбаюсь я.
- Я очень хорошо помню тот день, когда ты объявилась в Версале, - строго говорит он, глядя как я лыблюсь, - Вся побитая, с раной на лице, глаза как у брошенного щенка, ты была такой бледной и истощенной, что я думал потеряешь сознание прямо на этой брусчатке.
- Поверь мне, Коул, ты мне там помочь ничем не сможешь.
- Откуда тебе знать? Ты даже не даешь мне сделать выбор, - безэмоционально сказал он.
Я отрицательно качаю головой.
- Уже все решила, чертовка.
Коул наклонился и притянул меня за шею к себе. Неожиданно, резко. Его язык прошелся по моим губам, затем властно проник внутрь. Влажно. Горячо. Он не хотел меня отпускать, я чувствовала, как сильно он напряжен и раздражен. Наверно, он считал меня абсолютно чокнутой. Я скучала о доме, о котором не рассказывала, говорила о потерянных вещах, которые не получается вернуть. Мои попытки колдовать перед ним, видимо, выглядели детскими шалостями или заранее подстроенными фокусами.
- Я знаю, ты меня не любишь, ты живешь в каком-то своем мире, своими проблемами, не желаешь меня пускать к себе, - его пальцы скользят по моей шее, животу. Я дергаюсь, изгибаюсь в струну, инстинктивно пытаюсь прижаться к нему, почувствовать его тепло и жизненную силу, ощутить его
Чувствую себя загнанной в угол. Даже Коул понимает, что я не люблю его, никого не люблю… Но он продолжает прижимать меня к себе, крепко, нежно, по-собственнически.
- Я просто не желаю тебя терять, ты уйдешь так же в никуда, откуда и появилась. Как мне тебя найти? Как с тобой связаться?
- О, Боги, Коул, - мой голос дрожит, я готова разреветься, - Прекрати, я… Я вернусь, очень скоро, ты даже не заметишь моего отсутствия.
- Ты не слышишь меня, Дей…
Он прижимается лбом к моему лбу. Дышит ровно, спокойно, не то, что я. Меня всю трясет, мне стыдно, больно. Я не должна была так сближаться с ним. Но кто знал, что такая чудачка может понравиться такому правильному хорошему мальчику?
- Я оставлю тебе кое-что, - скрепя зубами бормочу я, - Эта вещь мне дорога, ты знаешь, и я вернусь за ней, очень скоро вернусь.
Моя рука ныряет в карман джинс и выуживает гребень Галлигана.
Холодный ветер ужалил лицо мелкой изморосью, хлопьями заледеневшего снега, промозглой сыростью зимней оттепели. Ноги уперлись в тяжелый подтаявший сугроб.
Исчезла несерьезная веселость, лицо Беатрис приняло величественный и непроницаемый вид. Гордо выпрямленная спина, безупречные одежды синего и золотого цвета, взгляд прямой, колючий.
-Помните, - твердо напомнил Клот, - Никакого существенного колдовства, нас могут обнаружить.
- А защитный купол? – неуверенно спросила Жизель.
- Если мы сейчас наколдуем купол, то вибрации магии могут нас выдать и тогда сюда отправят отряд, чтобы проверить кто же тут мог колдовать, а учитывая общую заброшенность, это будет выглядеть подозрительно, - спокойно ответила я Жизель вместо Клота, - Гораздо безопаснее просто уйти подальше от замка, оценить ситуацию. Мы не знаем в каком положении сейчас Аркерон и кто тут хозяйничает.
