«Ну вот, опять грубит…» Полковник встала, обошла стол, остановилась возле Амелиной, – та нервно накручивала на палец прядь волос.
- Оксана, что происходит? Если ты что-то знаешь…
- Чёрта с два! – Она вскочила и бросилась к выходу. – Неужели, если бы я что-то знала, то не сказала бы вам? Думаете, я за вашей спиной строю коварные планы?
- Оксана! Да что с тобой? Стой! – крикнула Рогозина, но Амелина уже выбежала в коридор. Рывком отодвинув ближайший стул, полковник упала на сиденье и, закрыв глаза, нажала пальцами на веки. По черноте стремительно поплыли оранжевые круги. Всё не так. Всё не так! Эту неделю она словно живёт чьей-то чужой, хаотичной жизнью, кто-то невидимый, дёргая за ниточки, заставляет её делать и говорить совсем не то, что на самом деле нужно… Почему Оксана вдруг начала её чураться? Что произошло? Может быть, она и вправду как-то причастна к исчезновению?.. Сами собой в голове всплывали её брошенные в шутку фразы вроде «Не будь Тихонова, начальником компьютерного отдела была бы я»… Или не в шутку?
Да нет же, нет, не может быть… Что за ерунда лезет в голову… И всё-таки… Её поведение в последние дни…
***
Ещё с порога Рогозина почувствовала, как в лаборатории несильно, но достаточно ощутимо пахнет спиртом. Господи, не хватало ещё и пьяной Амелиной ко всему в придачу.
Сомнения в том, что лейтенант пьяна, отпали, после того как Рогозина обнаружила её под столом. И когда успела? Всхлипывая, Оксана ползала по полу и зачем-то водила руками по мокрому линолеуму. Глядя на это, хотелось развернуться, уйти вон и больше никогда не вспоминать ни про ФЭС, ни про всё, с ней связанное. Но вместо этого Рогозина подошла ближе и присела на корточки рядом с дрожащей Амелиной. Та, не замечая полковника, продолжала возить по полу, – как оказалось, куском салфетки. Наконец она развернулась и, столкнувшись лицом к лицу с начальницей, вздрогнула и выронила бумажный комок из рук.
- Простите, Галина Николаевна… - выдавила она, подбирая насквозь промокшую салфетку. – А я вот… пустырник пролила…
- Ох, горюшко… - Рогозина только сейчас заметила на полу осколки, поблёскивавшие в остатках коричневой лужицы. – Зачем тебе настойка, неужели в таблетках не было?
- Мне сказали, так быстрее действует…
- Езжай-ка ты домой, Оксан…
- Простите… Я не могу… Я уже выпила… А настойка на спирту, теперь нельзя за руль…
Оставалось только рассмеяться или заплакать. Галина Николаевна выбрала первое, Амелина – второе. В этом виде их и застал вернувшийся из буфета Холодов.
- Галина Николаевна?..
- Андрей, будь добр, отвези Оксану домой. А потом возвращайся, мне понадобится твоя помощь. Кажется, у меня есть одна мысль…
Поддерживая Амелину под локоть, Холодов без лишних вопросов вывел её из лаборатории. Уже у стойки ресепшен Оксана скомканно спросила:
- Вы меня подозреваете, да, Галина Николаевна?
- Не мели чепуху, Оксана, - устало отмахнулась Рогозина. – Езжай домой и выспись. И чтоб больше никаких настоек на спирту.
========== rerum/suspensis ==========
В офисе, как всегда бывало во время сложного или особо нервного дела, казалось ужасно душно. Накинув на плечи пиджак, Рогозина вышла на улицу, - пройтись вокруг здания.
Противно моросило.
Свежесть заполнила лёгкие, взбодрила, отогнала начинающуюся головную боль. Продрогнув, Галина Николаевна вернулась на крыльцо, ещё немного постояла, вглядываясь в водяное марево, провела рукой по влажным волосам и зашла внутрь. Духота сменилась ощущением уютного тепла. Устроившись за столом, она подумала, как неплохо было бы сейчас выпить чего-то горячего. Или даже крепкого.
- Галь, там ребята обедать собираются. Рита цыплёнка принесла.
Вместе с Антоновой в кабинет просочился жаркий, пряный запах жареного мяса, но вместо аппетита он вызвал отвращение.
- Нет, спасибо. Если только кофе…
- Так пойдём?..
Полковник покачала головой:
- Не хочу в буфете. Там сейчас все собрались. Я попозже.
Антонова вздохнула. Что ещё они могли сделать? Да, Иван пропал, но жизнь от этого не остановилась. Она тормошит, дёргает и жмёт со всех сторон, как и всегда, но Рогозину это сейчас только раздражает – как яркий свет после тёмной комнаты.
Через пару минут Валентина вернулась, держа в руках дымящуюся чашку.
- Мечты сбываются, - хмуро уронила полковник, принимая кофе. Отхлебнула, разочарованно поморщилась: - Валь, зачем молоко?
- Снизить действие кофеина. Сколько чашек ты сегодня выпила?
- Две… Три.. Не помню. Но это не повод делать из кофе бурду!
- Пей. И хватит пререкаться.
- Валя! Что ты себе позволяешь?!
- Галь, тебе мало на сегодня Оксаны, которую ты довела до слёз? Или ты хочешь, чтобы мы все ходили перед тобой на цыпочках?
- Я не доводила Оксану до слёз! Она уехала домой! И нечего здесь командовать!!!
От неосторожного движения чашка полетела на пол, щедро окропив стол кофейными брызгами.
- Командовать здесь – твоё исключительное право, никто на него не покушается! А тебе пора бы успокоиться и начать немножко соображать!
- Валя! – задохнулась Рогозина.
