Когда все расселись перед дымящимися чашками, подернутыми толстым слоем жира, Лесков встал и произнес:
– Хозяин, у нас уха или рыбный суп?
– А чем они отличаются? – спросил уязвленный Мужик, приняв вопрос на свой счет.
– Уха без водки – просто рыбный суп! – засмеялся генерал.
После этого стаканы вновь были наполнены. Пима выпил и сломался окончательно. Он забрался наверх и уснул. Зато приехал командир части – осведомиться о подготовке к охоте. Его заверили, что все идет отлично. К полуночи, зарядив ружья картечью на кабана, наиболее стойкие пошли охотиться.
Жора привел охотников на лежбище зверей: те тихо спали. По команде егеря началась бойня. Первые выстрелы разметали стадо по окрестностям. Парочка кабанов была ранена, и теперь их преследовали по визгу и добивали.
В какое-то мгновение Жора понял, что опять не управляет ситуацией. Он думал, что ставшие в ряд охотники просто расстреляют свиней, теперь же все перемешалось. Животные метались по всей округе, а раненый кабан ничем не отличался по своей опасности от дикого собрата. Повсюду звучали выстрелы, и смертоносная пуля запросто могла задеть человека.
Он оглянулся и увидел, как позади Лескова оказался кабан. Звонарь, стоявший рядом с генералом, выстрелил. Жакан ударил животное в окорок. Озверевший кабан бросился на Лескова. Он сбил генерала с ног и успел поддеть клыками ягодицу. В этот момент раздался новый выстрел Звонаря. Из головы кабана вырвались, покрыв Лескова, кровавые ошметки.
Жора оглянулся. Позади перезаряжал ружье Звонарь. Он так же невозмутимо расправился и с другим раненым животным.
Вскоре вернулись остальные. Звонарь прикончил еще двух подранков, а Мужик, командир части и Философ на троих замочили одного. При этом серьезно досталось Философу. Шальным зарядом ему пробило насквозь ухо. А вот Вахмурка исчез бесследно.
Едва Турецкий уехал на службу, с охоты вернулся Жора, уставший, заросший, с большим свиным окороком под мышкой. Заспанная Светлана особой радости не проявила.
– Ты что? В таком виде ехал по городу? – в ужасе спросила она. – Что люди подумают? Скажут, совсем Булатов опустился. Хоть бы сапоги снял.
– Успокойся, никто меня здесь не знает, – проворчал он. – Набери лучше ванну. Откиснуть надо. И приготовь что-нибудь!
Мясу Светлана обрадовалась больше, чем мужу. Она тут же принялась резать его большими кусками и отбивать, обильно посыпая резаным чесноком. При этом женщина получала истинное удовольствие от того, что в доме не было хозяйки. Если бы Ирина застала ее за этим занятием, то убила бы на месте. Брызги и мелкие куски мяса покрывали кухню густым равномерным слоем. Затем Света обваляла отбивные в яйце и обжарила в кипящем масле. Кухня утонула в густых облаках едкого дыма.
Когда с кулинарией было покончено, женщина устало села на стул и открыла бутылку пива. Несколько минут любовалась наведенным ею беспорядком. После чего вздохнула и взяла в руки тряпку…
Придя домой, Турецкий впервые за последние дни застал стол ломящимся от угощения. Кроме огромной горы отбивных стояла чашка с красной икрой и солеными белыми грибами. Гости, не притрагиваясь к угощению, терпеливо ждали хозяина. Плотно пообедав, проголодаться к ужину они еще не успели.
Обведя «поляну» восхищенным взглядом, Турецкий достал из портфеля трехгранную бутылку виски «Грант». От Александра не ускользнула появившаяся на лице Жоры кривая ухмылка. Тем не менее от налитой стопки он отказываться не стал.
– Ну, за охоту! – произнес Турецкий, протягивая руку с рюмкой на середину стола.
После того как содержимое бутылки было опорожнено на две трети, Турецкий спросил:
– Ты что такой смурной?
– Да, понимаешь, был там один генерал из Москвы. Я думал, он может перевод устроить и все такое прочее. Если бы зимой или осенью, то такую бы ему охоту устроил, а тут? Одно слово: не сезон. Он у меня на свиней домашних охотился. И то неудачно.
– Что, не попал? – участливо спросила Светлана.
– Хуже.
– Его ранили? – заволновалась женщина.
– Если бы! – усмехнулся охотник. – Боров задницу прокусил.
Турецкий неожиданно захохотал. Жора некоторое время сосредоточенно молчал, а затем и сам заразился весельем. Наконец он разговорился. Достав фотографию, которую сделали сразу по прилете в тайгу, рассказал об уродах из столицы и о том, какие приключения выпали на их долю. Турецкий, как ни странно, проявил к приключениям повышенный интерес.
– А один, – добавил Жора, указав на мужчину с торчащими в разные стороны светлыми волосами, – Вахмуркой звали, так и совсем пропал. Сутки искали, не нашли. Если на север или восток направился, то до самого океана будет топать, а человеческого жилья не встретит.
– Я возьму снимок? – спросил Александр. – Надо усилить поиски, а то и вправду человека потеряем.
– Теперь, Светик, – закончил охотник, протягивая Турецкому фотографию, – придется дожидаться другого случая. Не везет нам с переводом в столицу.
– Знаешь, Жорик, – неожиданно вступила в разговор женщина, – я ведь тоже время зря не теряла!
– Представляю, – настороженно протянул муж.
