– Вот, знаете, про нас и любые другие вузы говорят, что мы якобы бюджетников не любим, потому что мы их содержим и бесплатно делимся с ними знаниями, – усмехнулась пожилая дама. – Смотря какие бюджетники: если они стараются, учатся, а не просиживают штаны и могут сформулировать свою мысль – таких мы ценим и даже готовы пойти на уступки, а таких вот бюджетников вроде Лизы, которые просто занимают место и ничего не делают, конечно, мы не любим.
– Да уж, – сказала я, покачав головой. – Насколько мне известно, Лиза досрочно защитила диплом по причине своей беременности?
– Да, – подтвердила блондинка. – Но вообще, причина за уши притянутая.
– Почему? – спросила я.
– Да каждые два-три года обязательно находится студентка, которая забеременела во время учебы, – сказала пожилая дама. – И ничего – ждет даты защиты диплома или курсовой, все пишет, защищает, даже с большим животом. Никто не разродился во время защиты, хотя мы понимаем, это ответственный и морально тяжелый момент. Но все всегда проходило хорошо.
– А Лиза решила в принцессу поиграть, – возмущенно заметил «француз». – Хотя нам же легче – избавились от тяжкого груза.
– Ну, скоро мы даже Смазова не увидим, – сказал Олег Семенович.
– Почему? – спросила я.
– Смазова собираются уволить, – сказала блондинка, а я вскинула брови: вот это поворот.
– А все, – заметив мое замешательство, сказала преподавательница. – Мы уже ему ничем не обязаны: дочь его со скрипом выпустилась – прекрасно, свою миссию мы выполнили. И возраст его уже пенсионный: ему бы дома сидеть, внучка будущего нянчить. Хотя, учитывая его воспитание, из ребенка вряд ли хороший человек вырастет.
– А как же «талантливый профессор, единственный в Тарасове»? – спросила я, почувствовав какой-то подвох.
– Мы только вам это скажем, но ректор нашего института совсем недавно нашел человека с параметрами, как у Смазова. Тоже автор многочисленных исследований и статей в области литературы и истории, родом из Москвы, готов приехать к нам хоть завтра, – сказал «француз».
– И потом, Смазов после его фокусов с его дочкой упал в наших глазах. Нервы он истрепал нам конкретно, – сказал Олег Семенович.
Не могу сказать, что виню их. Сотрудники школы № 23 исстрадались конкретно из-за Смазовых, и здесь преподавателей эта парочка достала.
– Мне бы с однокурсниками Лизы поговорить, – сказала я, заглянув в ее учебный план. – Не подскажете, сегодня группа сто три учится?
– Нет, учеба кончилась, – сказала блондинка, – но студенты этой группы должны вот-вот прийти, у нас важное собрание через полчаса – сдача дипломов в печатном варианте и проверка всех документов, а через три дня защита. Собираемся в аудитории двести один, на втором этаже.
– Что ж, спасибо за беседу. Вы многое мне открыли, – сказала я.
Затем я направилась в нужную мне аудиторию.
Вывод могу сделать следующий: преподаватели Смазовых очень недолюбливают… но на преступления не способны однозначно – не стали бы они нападать на девушку.
Когда я подошла к аудитории 201, то увидела двух девушек и трех парней, которые держали распечатанные дипломы в красных обложках.
– Привет, ребята. Частный детектив Татьяна Иванова, – представилась я, показав удостоверение. – Могу ли спросить вас о вашей бывшей однокурснице Елизавете Смазовой?
– О‐о-о, – весело протянул шатен с длинными волосами, собранными в хвост. – А что, Лизке тюрьма грозит за то, что она диплом досрочно защитила?
– Говорила же, добром для нее не кончится, – сказала рыжая девушка.
– Нет-нет, ребята, я хочу узнать у вас, что она за человек. И были ли у нее с кем-то из вашей группы или с другими студентами конфликты? – объяснила я.
– Ну, не очень приятный персонаж. У меня вот, когда мы на первом курсе магистратуры учились, она попросила в долг пять тысяч, – сказала рыжая девушка. – Ну я дала по глупости. А через две недели, когда я поняла, что она не планирует вернуть мне деньги, я напомнила, а она такая: «Я такого не помню, ничего у тебя я не брала». Она потом пыталась развести меня на деньги еще несколько раз, но я ее посылала.
– А я тут с бакалавра учусь, Лизку давно знаю. Стервозная, – сказала шатенка с длинными волосами. – Я сначала пыталась с ней дружбу водить, но она по моей внешности проходилась… У меня на первых трех курсах была проблема со зрением, а она мне: «Купи себе очки, Галя, а то врежешься в кого-нибудь». Или вот прыщи у меня были, Лиза прилюдно советовала мне к косметологу сходить. Не очень-то приятно это слушать, тем более эти проблемы всем видны, и так гадко на душе, а тут еще очень умная мадам проходится по твоей внешности.
– Да, противная девчонка, что говорить, – сказал студент-брюнет. – И, знаете, очень бесило, что на экзаменах она ничего толком сказать или написать не могла, но все равно получала хорошую оценку. Мне бы тоже так хотелось.
– Ну ясен пень, почему так происходило: у нее же папа – наш препод, – сказала Галя. – Хотел дать ей все самое лучшее.
