ГАРРИ: Я выдержал искушение. Сломался на четвертый день. То есть, если подумать, я вообще-то чувак неверный, но кайф какой словил! Просто кайф! Зато Эмелине точно не в кайф будет. Знаю я ее. Поглядеть на нее да послушать, точно уйдет. Истеричка, что с нее возьмешь, истеричка конченая.
ЭРИК: Ну ты лох, сказать телке “вернемся вместе”…
ГАРРИ: Видела бы она, что я сделал, лопнула бы, что твой попкорн.
ЭРИК: У меня все хуже, я сам лоханулся.
ГАРРИ: Ну я-то крут, чо!
ЭРИК: А мне она сказала, что я фуфло. Вообще пипец.
ГАРРИ: В Париже все будет иначе. С Эмелиной, думаю, сегодня покончено. Печаль, конечно, привык уже к ней, она мне белье стирает, посуду моет, ковер пылесосит…
ЭРИК: А я свой выбор сделал, теперь в поиске. Раз уж все так, чтобы мне ни о чем не думать.
Кристоф написал: “Драма на Острове Искушений: Симона де Бовуар и Гревисс совершили самосожжение”. Нажал на
На пляже Диамант какая-то женщина изливалась на камеру:
МЕЛАНИ: Мне было так хорошо с Раймоном, это что-то особенное. Этот опыт, который был в моей жизни, если бы его не было, я бы поселилась с Венсаном. Теперь сэкономлю на переезде.
Интересно, грамматисты обращали внимание на то, как размножились в устной речи относительные придаточные? – подумал он. Внезапно по кровати прошла вибрация. Стараясь не разбудить Люка, он стал нашаривать телефон и обнаружил его в складках простыни, среди крошек от печенья.
– Алло, дорогая, у тебя все хорошо?
– Да, все в порядке. А у вас? Что сегодня делали?
– Были в бассейне, Люк отрывался, потом в сквере, пятьдесят раз с горки съехали.
– Погода все такая же промозглая?
Он машинально поглядел в окно, но увидел только свет в доме напротив.
– Ага.
– Люк спит?
– Нет, он на кухне, делает нам мохито.
– Балда… Он у себя в кровати спит, а?
– Ну конечно. Все как ты велела.
– Круто. Смотришь “Остров Искушений”?
– Эта передача – моя пятничная вечерняя месса. А ты? Ты как себя чувствуешь?
– Ничего. Ходили на пляж и обжирались как свиньи.
– Ты все равно устаешь?
– Если честно, да. Притом что сплю по двенадцать часов. Но все равно хорошо проветриться и побыть на солнышке. Только я соскучилась.
– Мы тоже по тебе соскучились… И кстати, у тебя было время подумать, что мы все-таки будем делать?
– Ох. Утром встаю и кажется, что завести второго ребенка – это классно. А вечером ложусь спать и думаю, что это предел идиотизма. А ты?
– Аналогично. Пока даже не знаю, что и думать.
– Вообще-то надо что-нибудь решать…
– Угу. Подождем до той недели, ты вернешься, тогда и решим. Не бери в голову и ложись спать.
– Спокойной ночи, до завтра.
– Спокойной ночи, дорогая.
Кристоф знал, что Клер утомляется из-за беременности, но все равно беспокоился. Она была пресс-секретарем-фрилансером и набирала все больше клиентов, чтобы обеспечить семейные нужды. Тем не менее в конце месяца каждый раз рисовалась куча задолженностей и звонков из банка.
ФРАНСУА: Искусительница, с которой у меня больше всего симпатий, это Аннабель. С ней у меня больше всего общих симпатий.
