Я заломил руки и хрустнул пальцами. Вот и отдохнули. Кристен мгновенно ответила:
– Старшина, путь займет четыре дня. Мы выдвигаемся сейчас же.
– Эжен, император хочет, чтобы ты отправился на восток империи. Твой дом прознал о том, что ты спас принца, и надавил на императора.
Мы удивленно переглянулись. Я не стремился к общению с домом на этой стороне, потому что знал, что наши взгляды в корне не совпадают.
Но, похоже, придется нанести им дружеский визит.
Ветер поднялся и взъерошил хвост Кристен. Она легким движением поправила волосы. Я посмотрел мимо нее, на погребальные деревья сим, растущие в безупречном порядке рядом со склепом. Их длинные ветви-плети зашуршали, прогибаясь на ветру. А потом с удивлением приметил его.
На самой макушке одного из деревьев сидел взъерошенный черный ранья. Птица обычно встречалась в предрассветный час, и последний раз я видел ее на одной из особых тренировок.
Иниго обучал Александра.
Издав протяжный звук, ранья взлетел и растаял точкой в закатных лучах.
Несколько мгновений мой взгляд преследовал его.
Теперь я действительно прощаюсь с тобой, друг. Ты был отважным воином и хорошим другом. Твоя смерть отмщена – цикл примет тебя в бесконечный круговорот жизней.
Прощай, друг.
926 год правления Астраэля Фуркаго.
Четвертый месяц после сезона дождей.
Дом Заллс – Сожженные земли – Последний предел
– Вы… вы так добры.
Она, покраснев, протянула руку для поцелуя. Я наклонился и со всей вежливостью и нежностью коснулся губами надушенной ладошки.
До чего очаровательное дитя. Сидевшая рядом служанка одобрительно посмотрела на нас и продолжила настойчиво втыкать иглу в шитье.
Младшая дочь дома Заллс была любима. Отец гордился ее достижениями, мать радовалась красоте. И правда, по таррванийским стандартам ее можно было смело назвать красавицей: светловолосая, с прямым носом и нежными чертами лица, невысокая. Но кроме красоты ее отличали вежливость и тактичность вкупе с прекрасным воспитанием.
Дитя было влюблено в меня.
– Дорогая, Его Высочество Костераль прислал тебе подарок. Иди посмотри в другой комнате. Служанка отведет тебя, – радостно сказал сенатор Сарс, шумно войдя в комнату. Еще не старый, но уже седеющий мужчина лет шестидесяти с острым взглядом.
Я кивком поприветствовал его.
– Прошу меня извинить, – сказала она и, потупив взгляд, сделала неловкий поклон. Прошелестели юбки, и дочь сенатора, двадцатилетняя Хойра, вышла из гостевого зала, украдкой бросив на меня последний взгляд. Ее служанка что-то зашептала в нежное ушко, и они обе тихонько засмеялись.
Дверь затворилась, и мы остались вдвоем с сенатором Сарсом.
– Как проходит обучение вашей дочери?
– Достойно. Ее дракон почти не капризничает, а полет дается совсем легко. Еще в пять лет обнаружили силы дитто. Император лично приезжал увидеться с нами.
Пять лет. Да она талантлива. Немногие могли похвастаться такими способностями.
– А что насчет моего предложения?
– Ваше Высочество, мы с благодарностью примем его. Но мне придется известить императора.
– Сделаете это через неделю после свадьбы. Клятва будет произнесена на священных камнях. Никто не посмеет поставить под сомнение законность брака.
Сенатор довольно улыбнулся. Клятва на камнях произносилась лишь раз в жизни. Изменить кому-то после клятвы означало проклясть свою душу – она не войдет в цикл и навеки рассеется в бесконечности.
Я постучал пальцем по подлокотнику кресла. Восемь лет ушло у меня, чтобы подобраться ближе к главе Сената. Он мечтал породниться с императорским домом и с радостью принял мое предложение о встрече.
И он был одним из тех, кто придерживался консервативной линии. Император не вызывал у него одобрения. Особенно после назначения принца Винсента дитто без видимого доказательства.
Я знал, что Астраэль выжидает удобный момент, чтобы окунуть в грязь всех недовольных и приструнить Сенат. Но теперь у него это если и получится, то с трудом.
– Что же, залог уплачен, церемония пройдет сегодня вечером, – не допускающим возражения тоном произнес я и встал, оправляя камзол.
Сенатор быстро спросил:
– Готовить невесту к…
– Не стоит. Мы произнесем клятву и сразу покинем вас. Она будет жить на моих землях.
– Как будет угодно, Ваше Высочество, – сказал сенатор и хлопнул в ладоши два раза. На хлопок прибежали двое слуг. – Распорядитесь приготовить лучшего вина и отменных блюд! Сегодня в доме Заллс праздник. Младшая дочь выходит замуж!
Через час дом гудел и жужжал, словно улей. Мне подали вино, и я улыбнулся, отпивая из кубка.
Хойра, облаченная в зеленое платье, тихо произнесла клятву и посмотрела на меня, блестя умильными карими глазками. В них отчетливо виделось счастье. Ее небольшой дракон сидел подле входа, просунув морду внутрь.
