Сергей Кузнечихин
ЗАКОН ДЖОУЛЯ-ЛЕНЦА
Минут за двадцать до открытия к пивному бару подошел грузный старик в мятом полотняном костюме. Какой-то невзрачный человечек поздоровался с ним, но старик не ответил. Встал в сторонку и молча ждал. Его большое лицо с тонкими губами было неподвижно и задумчиво. Оно не оживилось даже когда за дверью застучал засов. Переждав толкучку, он спустился в полуподвальный зал, миновал несколько свободных столиков и подсел к молодому, лет тридцати, мужчине.
- Пивка, папаша захотел?
Старик сонно посмотрел на него и не ответил.
- Хорошо здесь, прохладно, - рассуждал сосед. - А в городе с ума сойти можно. Одиннадцать часов, а уже дышать нечем.
Однако старику и здесь было не очень хорошо. Он тяжело сопел и кривил бесцветные губы.
- Неужели весь июль без дождей простоит? Помидоры поливать запаришься.
Когда принесли пиво, мужчина одним духом выпил первую кружку. Старик пил лениво. Он и заказал-то всего две.
- И грибов, наверное, не будет. Какие же грибы без дождей.
- Ты кем работаешь?
- Я-то? Прорабом. А что?
- Институт что ли кончал?
- Нет, техникум. Давно уже.
- Все равно. Грамотный вроде человек, а кроме погоды, смотрю, и сказать тебе не о чем.
- А что здесь плохого? - удивился прораб.
- Может ты и про техникум выдумал?
- Как выдумал! КПД не вижу.
- Ишь ты - КПД. Ученость так и прет. А вот скажи мне, техник, о чем гласит закон Джоуля-Ленца?
- Ну, знаешь, папаша, мне как-то не до этих безделушек.
- Это что ты называешь безделушками? Великий закон. Техникум он кончал. Да тебя и в школе до восьмого класса, наверно, за уши тащили.
- Случалось и за уши.
- Я сразу понял. Закон Джоуля-Ленца для него - безделушка. Только дикарь так может сказать.
Строитель смотрел на него снизу вверх и не мог выговорить ни слова.
К ним подошел человечек, что здоровался со стариком у входа.
- Со своим пивком разрешается? - он пристукнул кружкой по столу и сел. Что, Павел Максимыч, не знает про закон?
Старик, не обращая внимания, продолжал распекать мужчину:
- Я тридцать лет преподавал физику. Я угробил на это всю жизнь. От меня ушла жена, потому что ревновала к работе. Так скажи мне, зачем все это было? Чтобы ты не знал закона Джоуля-Ленца и называл его безделушкой.
Строитель оставил недопитую кружку и пошел, потом остановился, видно хотел что-то сказать, но только рукой махнул.
- Ты-то хоть знаешь? - спросил старик безразличным голосом.
- Куда мне, Павел Максимыч.
_ Никто не знает, сплошные идиоты. Пять лет назад я ушел на пенсию. И вот сижу здесь, спрашиваю - и никто не знает. Дубины стоеросовые.
- Павел Максимыч, вон парень в очках, место ищет. Пригласить?
Старик отмахнулся и сплюнул на пол. А человечек уже подзывал нового соседа и украдкой двигал к себе недопитую строителем кружку.
Довольный, что нашлось место, новенький благодарно улыбался.
Упираясь животом в кромку стола, старик хмурился и молчал. Глаза его были полузакрыты.
- Благодать. Лепота, - радовался парень. - А на улице, как в Сахаре. Мозги от зноя плавятся. Дождичек бы сейчас.
- А кроме погоды тебе не о чем говорить? - взвился старик.
- Почему. Могу о футболе, могу о девушках.
- Широкие интересы. Нечего сказать. А о законе Джоуля-Ленца ты слышал?
- Конечно, и о законе Менделеева-Клайперона тоже слышал, а что?
- Грамотный, ты гляди-ка. Так может скажешь о чем он гласит?
Парень почесал затылок и засмеялся:
- Позабыл, честное слово, позабыл. Вот здорово.
- Чему ты радуешься?
- Да забавно. Я и не ожидал, что так быстро забуду то, за что получал хорошие оценки.
- Ты, хорошие оценки? Да ты же тупица. Только дурак может гордиться своим невежеством.
- Так мы не уговаривались. Я что - справочник по физике. Я вас тоже могу спросить о том, чего вы не знаете. Допустим, что такое... Ну ладно, что такое сейвал?
- Ерунда, игра слов. Нет никакого сейвала и не было.
- Как так нет и не было! Сейвал - это ивасевый кит.
- Павел Максимыч, иваси точно есть, в любом магазине можете посмотреть.
- А ты не лезь, когда не спрашивают. Глупости все это: киты, сиамские коты, не об них речь. Только последние тупицы не знают закона Джоуля-Ленца.
- Это слишком категорично, дед. Хотя, конечно, мог бы и вспомнить. Вот подождите. Нет, не вспомню. Крутится по извилинам, а не дается. Вы начало подскажите.
- Выдай-ка ему, Павел Максимыч.
- То-то, а то киты сиамские.
Старик улыбнулся, губы его зашевелились, словно репетировали формулировку. Но потом улыбка исчезла, лицо налилось краской. На лбу выступил пот. Глаза расширились и забегали по сторонам. Потом он начал бормотать что-то непонятное и вдруг ударил что есть силы по столу, даже полные кружки подпрыгнули.
- Забы-ы-ы-ллл! Позор-то какой...
- Нет уж, Павел Максимович, вы уж постарайтесь, пожалуйста.
- Может, дома вспомню.
- Дома, Павел Максимович, не считается. Дома и они вспомнят. Вы уж здесь постарайтесь, - наседал невзрачный человечек, - иначе люди могут не понять, как бы греха не вышло.
- Да, конечно, непременно, раз такое дело... - и он отодвинул недопитую кружку.
