А на соседней улице царила всё та же безмятежная послеобеденная размеренность. Никто из спешащих по своим делам горожан, праздно прогуливающихся зевак, никто из мчавшихся по дороге в дилижансах и паромобилях людей и не догадывался о том, что буквально у них под носом, скрытая от глаз, происходит страшная по своей сути трагедия. Да, только глухой не услышал громыхнувшего орудия зависшего над домами дирижабля. Многие недоумённо переглянулись и пожали плечами, некоторые останавливались, вытягивая головы и напрягая слух, пытаясь понять, что за гром среди ясного неба. Может, кому-то взбрело запустить праздничные петарды? Фейерверк? А может, где-то взорвался газ? Такое уже бывало. Город большой и в нём каждый день происходят самые разные казусы. Но по большому счёту многие почтенные жители центральных, самых благополучных и процветающих кварталов столицы жили по принципу — меньше знаешь, крепче спишь. Возможно, именно в нежелании подавляющего большинства людей знать больше и крылась основная беда этого мира. Иногда незнание способствовало цветению смерти.
Они торопливо шагали, стремясь как можно быстрее уйти подальше от запаха гари и криков боли, что ещё звучали в их ушах. Восточный выход с Яблочной оказался перекрыт полицейским патрулём. И Джеку с Элен таки пришлось уходить через задние дворы, а затем перелезать через огораживающую чей-то небольшой садик изгородь, красться по шелестящему под ногами ковру опавших листьев. Протиснувшись между двумя частными домами, беглецы выбрались на тротуар Весенней улицы. Оказавшись в тени раскидистого ясеня, они, не обращая внимания на подозрительные взгляды проходящих мимо людей, замерли, отрешённо глядя друг на дружку.
— Я… Я работаю здесь неподалёку, — сказала Элен, смущённо теребя ткань юбки. — Мистер Шатнер послал меня на рынок за овощами к ужину. А вообще-то я работаю няней. У хозяев двое маленьких детей. Очаровательные двойняшки. Они наверно уже дома. Мистер Шатнер всегда забирает их из школы в одно и то же время. А меня до сих пор нет…
— Да расслабься ты, — ободряюще сказал Джек, выслушивая сбивчивый лепет девушки. Он мудро понял, что ей хочется выговориться. Сказать хоть что-нибудь, что угодно, лишь бы не молчать и не вспоминать о пережитом ужасе. — Ты что, думаешь, что прошло много времени с тех пор, как ты пошла к рынку? Вздор! Со страху, впрочем, и не такое померещится. Так ты, говоришь, нянька? Хотел бы я, чтобы и меня понянчила такая краля, как ты! Кстати, меня зовут Джек. Джек Спунер. Можешь звать меня просто Джеком.
— Очень, очень приятно, — Элен попыталась улыбнуться. Но у неё вышла только жалкая попытка. Пухлые губы никак не желали складываться в нужную форму, и потому у девушки получилась унылая гримаска, исказившая её хорошенькое лицо. — Спасибо, Джек. Спасибо. Я не забуду того, что ты для меня сделал.
— Пустяки, — отмахнулся мальчишка. — Пойдём, что ли? Так и быть, я от своих слов отказываться не собираюсь. Я говорил тебе, что доведу до дома? Ну и куда нам идти?
Элен несколько оторопело указала рукой направление.
— Вон туда, в ту сторону. Видишь, там улица поворачивает направо? Тут меньше полумили. Кстати, а как это у тебя получается так шустро перескакивать с одного на другое? Извини, но я не всегда успеваю уловить ход твоих мыслей.
Спунер довольно ухмыльнулся:
— Не ты первая, кто мне это говорит. Пошли, подруга! Не бойся, думаю, если ты объяснишь своим хозяевам всё, что с тобой приключилось, никто и не посмеет тебя отчитывать за потерянную корзину и не купленные вонючие помидоры. Деньги то при тебе, не потеряла?
Испугано вздрогнув, Элен сунула руку в недра сумочки. — Фу-у-х, хвала Святой Марте, всё на месте!
— Ты поаккуратнее с деньгами, — по-дружески посоветовал Джек, не моргнув и глазом. — А то и не заметишь, как какой-нибудь карманник обчистит тебя до нитки. Знала бы ты, сколько ворья шастает по улицам, тихий ужас. Поверь мне, я знаю, о чём говорю!
Джентри вернул опустевший цилиндр в приёмный отсек и дёрнул за рычаг. Цилиндр тотчас умчался по чугунному каналу пневмопочты, соединявшему центральное управление Империал-Ярда с особняком миссис Монро. Развернув скрученный в трубочку листок бумаги, Джейсон бегло пробежался по убористому машинописному тексту. Если кратко, то в нескольких ёмких и конкретных предложениях Вустер советовал своему подчинённому с утра завтрашнего дня приклеиться к Гордону Крейгу как банному листу до одного места. Видите ли, у учёного на завтра назначена встреча в центральном управлении ОСУ, и он должен добраться туда целым и невредимым во чтобы то ни стало!
