Закон крови полностью

– Благодарю за сказанное. И за оказанную нам честь.

По знаку хозяина Дана разостлала на гостевом месте шкуру белой кобылы – знак особого уважения гостю. Маленькая девочка, их дочь, забилась в самую глубину женской половины жилища, не решаясь показаться на свет.

– Так что же привело сюда храброго Дрого?

– Туйя. Но я ее не вижу.

– Она скоро вернется. Ушла туда за одеждой. Знает ли Дрого о ее замыслах?

– Да. И потому я здесь.

– Правильно ли я понял…

Послышался шорох откинутого полога. Дрого вскочил, обернулся – и оказался лицом к лицу с Туйей, не ожидавшей этой встречи.

– Зачем здесь… – начала говорить она, но Дрого прервал на полуслове. Все заготовленные слова, которые следует произносить жениху, куда-то исчезли, забылись под этим настороженным взглядом темных, глубоко запавших, выплаканных глаз.

– Туйя, ты никуда не уйдешь; ты не должна уходить, мы построим вместе наш дом, ты мне нужна…

Он говорил и говорил, не останавливаясь, сам не слыша и не понимая собственных слов. Ему казалось: стоит только прерваться – и над ним посмеются. Все, кто здесь есть.

Но в ее взгляде не было и тени насмешки. Настороженность, недоверие постепенно уходили, сменялись чем-то иным. Она выпустила из рук узел, замотанный в оленью шкуру, и, кажется, не заметила этого. Ее правая рука мягко скользнула в рукав малицы Дрого, левая легла сверху.

– Ох, Дрого! Не думала я, что такое от тебя услышу! Я ведь опозорена. Думала, ты и видеть меня не хочешь!

– Боялся. Отказ услышать боялся, – только и сказал Дрого.

– Ох… – Она тихо, про себя засмеялась и сразу же заплакала, припав лицом к его плечу.

Дрого ждали все. И отец, и Нага, и конечно Анга. Ойми и тот не спал.

– Долгонько! – улыбнулся Арго.

– Отец! Туйя никуда не уйдет! Завтра же начнем делать жилище…

– Ты погоди. А как – Начальный дар?

– ОХ! – Дрого рассмеялся, поняв, что не только о Начальном даре забыл, но и говорит сейчас как Туйя! «ОХ!..»

– Отец! Завтра…

– Пойдем вместе! А сейчас давай посмотрим, что сгодится для твоего Начального дара.

– Дрого иметь жена? – заговорила Анга. С явным интересом. И не только с интересом.

– Да! – Дрого внезапно схватил свою спасительницу, закружил, посадил на прежнее место. – Да! А ты – будешь охотник! Воин! Мой брат! Мужчина, не женщина! Поняла?

И глядя в ее недоумевающие глаза, принялся растолковывать решение Колдуна.

Так и получилось: к пробуждению Одноглазой не один, целых три обряда следовало подготовить – две свадьбы и перемену естества.

Перемена естества… Через этот Обряд проходят все колдуны (все настоящие колдуны): ведь им приходится бывать в разных обличьях, они должны одинаково понимать, ощущать изнутри и мужчин, и женщин. Но к рядовым общинникам это действо не применяется. Почти никогда, и сейчас – тот особый случай, когда такое исключение необходимо. Колдун видел: та, что спасла Дрого, – человек, не лашии. Колдун понимал: она всеми силами стремится стать своей здесь. Но знал он и другое: та, что пришла к людям от лашии, не должна иметь потомства! Это слишком опасно для всего Рода. Тем более для них, изгнанников. И присматриваясь к Найденышу, Колдун верил: это будет надежный охотник и воин, верный брат Дрого! Но подействует ли обряд – сейчас, когда он сам оставлен духами-покровителями? Во всяком случае, для успеха необходимо, чтобы Анга поняла, что ее ожидает. И хотела бы этого.

Дрого! Колдун улыбнулся, вспомнив его поглупевшее от счастья лицо. Ничего! Это неплохо, а то слишком быстро уж он стал взрослеть! Только бы не забыл на радости и о своей спасительнице. Она лишь им и живет, и сейчас… сейчас перемена ее естества просто необходима!

– Могучий Колдун! Дрого, сын Арго, и Анга-Найденыш у твоего входа!

(Легки на помине! Оба! Это хорошо!)

– Колдун рад приветствовать вас в своем жилище!

Анга тиха, настороженна – и все же не в силах скрыть любопытство: ее серые глаза так и бегают по закоулкам таинственного жилища. Но в лицо Колдуна она старается не смотреть: стесняется или побаивается.

Дрого развернул традиционное подношение: пояс, костяную иглу и нож.

– Могучий Колдун! Дрого, сын Арго, просит за ту, что спасла его жизнь. Великий вождь детей Мамонта присоединяется к просьбе сына.

К первому дару добавился второй: меховая шапка и бивневый дротик.

– О чем же просят старого Колдуна мудрый вождь и его храбрый сын?

– Пусть могучий Колдун упросит Первопредков взять в родню того, кто спас одного из сыновей Мамонта. Пусть наши духи-покровители не откажут в помощи нашему новому родственнику.

Колдун, не произнося ни слова, сверлил взглядом замершую Ангу. Не отрывая глаз, снял с пояса белый мешочек и высыпал его содержимое в пламя очага. Повалил густой розоватый и едкий дым. Сладко закружилась голова – и вот уже ни Дрого, ни Анга не могут понять, как долго сидят они здесь… Вечность, быть может? И где – здесь?..