– СИЛЬНЫЙ велел принести в жертву детей длиннотелых? Завет СИЛЬНОГО исполнен!
(«Дура! Проклятая дура! Жабье дерьмо! Того ли Я ждал! Я мог бы получить свое, а они – все остальное».) (НО ОН ХОЛОДНЕЕ ВЕЛИКОГО ЛЬДА!)
– Ты, тварь, принесла НЕ ТЕХ! Ты, тварь, ПРЕДАЛА МЕНЯ ДЛИННОТЕЛЫМ!!!
– НЕТ! Сильный, НЕЕЕЕТ!!!
(Он впитывал в себя весь ее ужас… Слишком мало!)
– Знай же: МНЕ НУЖНО НЕ ТО, ЧТО ТЫ ДАЛА! ТЫ ПОСПЕШИЛА!
– Сильный! – Она пресмыкалась, извивалась у его ног – Сильный!..
– Хорошо…
Он вглядывался в лица жертв. Свежая кровь… Нет! Гавваг важнее! Гавваг лучше насытит.
– ВОЗЬМИТЕ ИХ СЕБЕ!
Вой. Мелькание отталкивающих друг друга волосатых лап. А потом, отбрасывая их всех, к Ойми протянулись ДВЕ ГОЛЫЕ РУКИ («Мама! Спасут?!») – и безволосое, голодное лицо приблизилось, и зубы впились и рванули…
– А-а-а-а-а!
Что делать, наметили еще с ночи. Решили: выступят почти все сыновья Мамонта. Поведет вождь. Тропу укажет Анго.
Сомневались: вождь может выступить только против другого вождя! Это закон! Арго сказал: «Это не поединок, это война. Вождь должен вести своих людей. Это – закон!»
Сомневались: почти все уйдут, – кому женщин и детей беречь? Что, если не вернется никто? Арго сказал: «Мы их или они нас! Не перебьем лашии – все равно никому не жить!»
Сомневались: может, в ночь идти, а напасть утром? Арго сказал: «Ночью Враг нас издали учует. Лашии даст знать. И людей потеряем, и лашии не перебьем».
Сомневались: как одолеть Врага? Крылана? Нежить? Арго молчал. И Колдун молчал. А после сказал: «Враг силен, да не всесилен, умен, да не всеведущ. Впереди ночь, предки помогут, подскажут».
Решили: выступать так, чтобы к ночи к логовищу лашии прийти, когда все лашии там будут. И Крылан. Убить – всех. Или лечь самим!
Арго приказал: «Всем спать! Кроме стражи». Но не все в эту ночь могли легко заснуть. Не спал Колдун: вновь и вновь пытался призвать на помощь духов и предков, хоть и знал, что это безнадежно. Просыпались матери от тревожных снов и тихо, чтобы не разбудить мужей, искали руками: здесь ли дети? В жилище Морта безмятежно посапывала только Аймила; муж и жена, прижавшись друг к другу, лишь притворялись спящими и оба это знали. Долго не мог заснуть Анго: снова и снова представлял будущий путь, вспоминал подходы к той поляне, где угнездились лашии, прикидывал, кто сильнее, кто опаснее… И ворочался на своей одинокой лежанке молодой Донго: думал о своем.
А поутру – еще и не рассвело – Донго поспешил к жилищу Колдуна. Старый не спал, – похоже, за всю ночь глаз не сомкнул. Увидев молодого охотника, удивился, к очагу не позвал, но и гнать не стал. Спросил только:
– Зачем?
И Донго рассказал о том, что не давало ему ночью покоя.
– Великий Колдун! Скажи: чем опасна нежить в будущем бою? Силой?
– От ее силы защитят обереги. Но Враг связал лашии своим даром. Они все будут действовать, как… как его пальцы. А это значит: каждый во много раз опаснее и сильнее. Каждый! И все они будут защищать нежить, и то, что страшно нежити, им не помеха.
– Так что, мы обречены?
– Мы обречены, если промедлим! Враг и силен, и хитер, и осторожен. Теперь я понимаю: он силы накапливал! Как долго, не знаю; как только среди лашии оказался. Хотел, когда будут готовы, их на нас повести: им-то Огненный круг не помеха! И ему бы тропу проложили! Внезапно бы напали – и все, и конец всем нам!.. Да не вышло: лашии безголовые силу почувствовали, ну и… поспешили. Вчера, с рассветом-то у него над лашии нет власти! Вот и получается: сегодня все решиться должно!
– Великий Колдун! Правильно ли я понял: если с нежитью сразу сладить, с лашии все проще обойдется?
– Правильно-то правильно, да вот только – как?
