Это было похоже на разрыв, полутораметровую трещину в холсте с нарисованным на нем искусственным миром, подвешенную прямо в воздухе. И в ней клубилось что-то темное, похожее на муть за бортом самолета перед прыжком с парашютом за несколько минут до захода солнца.
Что ж, не думаю, что это будет страшнее первого прыжка.
– Ребята, вперед, я замыкающим!
Девушка шагнула вперед, а Мангуст же, наоборот, бросился к окну. Его руки на глазах менялись, обрастая шерстью и мускулами. Трансформация была еще далека от завершения, но это не помешало ему ударом когтистой лапы разворотить отвратительное рыло крылатой твари, лезущей в окно.
– Уходите, – прорычал он. – Я их задержу!
Девушка попыталась ослушаться. Она бросилась было к брату, но тот, не оценив порыва, просто сграбастал лапами ее стройную фигурку и буквально швырнул в разрыв. Который, кстати, уже начал потихоньку сходиться по краям.
Из горла Мангуста вырвался хриплый рев, уже мало похожий на человеческую речь. Но я смог разобрать слова:
– Иди за ней! Ей не выжить одной в Синей мгле!
В доме стало темно – в окна лезли кошмарные крылатые твари. А Мангуст бил когтями по лапам, мордам, крыльям, клыкам – и треск одежды, расползающейся под напором стремительно растущих мышц на теле оборотня, слился с отвратительным звуком разрываемой плоти воинов клана носферату.
Это было последнее, что я увидел перед прыжком в стремительно схлопывающуюся дыру в пространстве. И я очень надеюсь, что Мангуст успел услышать мой крик, прежде чем его поглотила волна покрытых слизью черных, вонючих тел:
– Держись, князь! Я вернусь за тобой!
Синяя мгла… Точнее не скажешь. Плотный, густой, тёмно-синий туман вокруг. Протянешь руку – и не увидишь пальцев. Присядешь – и лишь тогда разглядишь мертвую серую траву под ногами, проросшую через чьи-то кости. Жуть непроглядная…
Туман был живым. Его плотные клубы медленно ворочались, закручиваясь в толстые кольца и порой образуя совсем уж фантастические фигуры. В этой живой и, возможно, разумной массе я был инородным телом, микробом, которого пока не обнаружили и не сожрали состоящие из сгустков тумана макрофаги. Судя по костям, это было лишь делом времени.
Белый пушистый ком вынырнул из Синей мглы и прижался к моим ногам, дрожа от ужаса и жалобно поскуливая. Я погладил по загривку белую волчицу – не бойся, мол, я с тобой. Пока гладил, краем глаза увидел свою руку – и то, что увидел, напугало больше, чем куча летающих носферату и Синяя мгла вместе взятые.
Рука была не моя. Вернее, и не рука это была, а перевитая венами лапа с гипертрофированными рельефными мускулами и черными, блестящими, слегка загнутыми когтями, сантиметра на три-четыре выступающими над кончиками пальцев.
Я поднял руку-лапу, попытался сжать в кулак. Когти, словно живые, послушно подогнулись, удобно легли в ладонь – и, абсолютно безболезненно пройдя сквозь плоть, вышли наружу из суставов, удлинившись еще на несколько сантиметров. В итоге из кулака получилась жилистая колотушка с четырьмя клинками. Кулак разжался – и клинки послушно вышли из ладони, снова став нормальными когтями.
Я мысленно усмехнулся – быстро же ты, Краев, начал думать категориями Синей мглы, где норма – это бритвенной остроты лезвия на месте ногтевых пластин, свободно проходящие туда-сюда сквозь живую плоть без ущерба для последней.
– Мне холодно, – проскулила волчица. – Синяя мгла срывает покровы с тел и пьет силу живых. Хватит уже смотреть на свою руку. Сейчас ты тот, кто есть на самом деле. Пойдем уже… куда-нибудь, а?
Она скулила, словно брошенный щенок, но я понимал ее так, будто она говорила на человечьем языке.
Несмотря на ее слова, я все-таки провел своей новой рукой по лицу и шее.
Однако…
Челюсть была тяжелой, как у Шварценеггера. Кости лица стали явно толще и массивнее, хотя до звериной морды недотягивали. Шея превратилась в колонну из мышц, напоминающих пучок толстых канатов.
Беглый осмотр тела показал, что в целом оно осталось человеческим, только когти на конечностях прибавились да шерсти с мускулатурой прибыло. В общем, как и ожидалось, – помесь. Вампиро-оборотне-человек с устрашающей мордой и потрясающей способностью лазить по местам, в которые нормальные н
Что ж, судя по налету самоиронии в мыслях, первый вполне естественный страх при знакомстве с эдакой жуткой местностью сменился рабочим настроем. Стало быть, решаем, куда идти.
Идти надо было, понятно, подальше отсюда. И желательно в места многолюдные, в которых легко затеряться. Вариант был один – идем в Москву. До Новгорода, как князь Всеслав, добежать опыта не хватит, да и незачем. Для начала нужно просто спокойно обмозговать, что делать дальше. Стало быть, Москва. И желательно окраина, где милиция не такая внимательная.
Я соотнес свое теперешнее положение тела с тем, что было до момента преодоления разрыва между объективной реальностью и Синей мглой, и решил, что идти нужно направо. Ну и двинулся потихоньку.
