– Но есть одно но, – продолжала Арина, не обращая внимания на треп Хащща. – Я пробовала себя в роли Мастера Полей, и у меня получалось. Думаю, я смогу оставаться с тобой на ментальной связи, когда ты войдешь в аномалию. Не знаю, как тебе это поможет. Возможно, если потеряешься там, сможешь, идя на мой голос, вернуться обратно.
– Нить Ариадны, – ощерился Хащщ. И, поймав недоуменный взгляд Арины, пояснил: – Я читал мифы Древней Греции – нашел советскую книжку в Припяти. Жаль, пулей пробитая, не весь текст читается, и половина страниц вырвана. Интересно.
– Ишь ты, блин, какой начитанный, – фыркнула Арина. – Половину книги за всю жизнь осилил, впечатляющее достижение. И запомнил не то, что нужно. Учти: еще раз назовешь меня Ариадной, я найду способ, как тебя прикончить.
– Понял, продано, – кивнул Хащщ, эффектно щелкнув кончиком хвоста по полу. – «Ад» из твоего имени вычеркиваю навсегда. Хотя, думаю, зря ты его стесняешься – он как бы твою суть очень наглядно подчеркивает.
– Может, уйметесь? – поинтересовался я. – Того и гляди вольные очухаются и сюда припрутся. Я готов идти. Вот только одежду сниму на всякий случай.
– А это зачем? – удивился Хащщ.
– Черное Поле непредсказуемо, – сказал я. – Вдруг все получится, начнет оно меня переделывать, шмот подпортит. И где я тут потом приличный комбез найду?
– А вот это уже разговор! – сказала Арина, доставая из рюкзака видеокамеру. – Надеюсь, ты не против съемки процесса?
– Пофиг, – пожал я плечами. Разделся, аккуратно сложил комбез и берцы там, где было почище. – Ну что, я пошел?
– Давай, – сказала Арина, включая камеру.
– И да хранит тебя Зона, – добавил Хащщ.
Передо мной расстилалось широкое, гладкое как стол поле до горизонта. Тяжелое, непроницаемое небо без звезд освещала узкая полоска света от солнца, уже закатившегося за край земли.
Я уверенно шел вперед.
Я знал путь, хотя вокруг не было ни малейшего намека на какие-либо ориентиры.
Я знал это место, так как совершенно точно был здесь однажды.
Давно.
Слишком давно.
Настолько давно, что это далекое прошлое казалось не моей, а чьей-то чужой жизнью, за которой я так долго наблюдал со стороны.
Какое-то строение показалось вдали, и я ускорил шаг.
Это была старая, покрытая мхом, покосившаяся хижина – и я точно знал, кто ждет меня внутри.
Но я ошибся.
Дверь отворилась, и из хижины навстречу мне вышел… я.
В образе человека.
Сталкер в потертом комбезе и разношенных берцах. С капюшоном на голове и винтовкой СВД за плечом. Мне хорошо был виден приклад винтовки, покрытый таким количеством мелких зарубок, что на ней практически не осталось заводского лака. Каждая зарубка – жизнь, которую забрала эта винтовка. Вернее, тот, кто держал ее в руках, ловил цель в прицел и плавно нажимал на спуск, не чувствуя при этом ничего, кроме отдачи и запаха пороховых газов – привычного и обыденного, как вонь отработанного топлива для водителя автомобиля.
Это был я.
Истинный я.
Не клон, не копия, не очередной слепок матрицы, в который безумный академик вложил крохотную частичку меня. Я слишком часто видел в зеркале этот уставший и одновременно проницательный взгляд для того, чтобы ошибиться.
Этот взгляд не подделать. Смертельная усталость от жизни не присуща живым копиям.
– Здравствуй, мертвец, – сказало мое отражение. – Я вижу твое истинное желание, и ты обретешь то, что заслуживаешь. Ведь ты пришел за освобождением.
Он не спрашивал.
Он утверждал.
И, видимо, он действительно знал, зачем я пришел сюда на самом деле.
– Я пришел за тем, чтобы вернуть свой настоящий облик, – попытался сопротивляться я.
– Ты пришел за тем, что ищешь давно и безуспешно, – усмехнулся мой собеседник. – Ты хочешь умереть, но даже Смерть, твоя названая Сестра, отвернулась от тебя. Но я могу помочь тебе навсегда освободиться от этого уродливого тела так, как ты всегда и хотел: быстро. Очень быстро. Ты даже не поймешь, что произошло, как твое желание сбудется.
Это было чертовски заманчиво. Я и правда устал. Смертельно устал от череды бесконечных убийств, которые меня сама судьба вынуждала совершать снова и снова, словно в компьютерной игре подбрасывая персонажей, жаждущих моей смерти…
– Осторожно, – раздался у меня в голове голос Арины. – Оно играет с тобой, давит на тебя, пытается сделать так, чтобы ты сам согласился умереть. Сопротивляйся…
Но я и без Арины знал, что не смогу принять предложение Поля, разговаривающего со мной в моем старом облике. Каждый раз, когда мне предоставлялся шанс умереть и на этом поставить точку в этом кровавом сериале под названием «моя жизнь», судьба преподносила мне причину отказаться от этого шанса.
Существенную.
Вескую.
Как сейчас, например.
Я покачал головой.
– Нет. Не получится.
Поле кивнуло:
