А хевдинг тем временем, побив ногами пьяных свеев, схватил еще парочку головней и отбежал в сторонку, целясь в драккары, политые Олдамой и Каницаром.
– Олег! – крикнул он. – Уплывай!
– А ты?!
– Да щас я…
Асмуд добежал до следующего костра и столкнулся с часовыми. Протрезвевшие свеи нацелились проткнуть копьями наглого варяга, да не тут‑то было – Асмуд ухватился за прянувшие в него копья, вырвал их, перевернул и воткнул в противников. Затем быстро разметал костер, разбрасывая по лодьям горящие сучья. Пару раз прием не сработал, но, уж если раскаленные угли соприкасались с нефтью, тут же вспыхивал огонь, растекался по палубе, забираясь на скамьи, влезая на мачты, добираясь до скаток парусов.
Огромными скачками Асмуд добежал до вымола, подхватил с земли оставленный мех и прыгнул в воду.
А на берегу началась паника. Изрядно выпившие свеи бестолково носились по пристани, сталкиваясь друг с другом, спотыкаясь и падая. Пробудился лагерь, целая толпа с факелами и оружием побежала с пригорка. Но что она могла сделать? Ночи больше не было! Огромный костер полыхал меж берегов Ала‑дьоги, десятки лодий, зажженных первыми, горели от носа до кормы, подпаливая соседние и выбрасывая тучи палящих искр. Вот на одном из драккаров перегорели штаги, удерживавшие мачту с реем, и рангоут рухнул на ближайшую лодью, с грохотом пробивая доски палубы ноком рея. Вспыхнул и этот корабль… Орущие свеи попытались увести хоть часть лодий, но горло Ала‑дьоги было забито напрочь, огонь распространился от берега до берега, ярко освещая скученные драккары, остававшиеся на плаву последние минуты. Пламя гудело и ревело, словно сам бог огня радовался новому пожару, возожженному как месть за гибель города.
Свет пожара был настолько ярок, что Олег поневоле щурил глаза.
– Отплывайте! – раздался сердитый голос Асмуда. – Что встали?! Вас же с берега видать!
В подтверждение этому в воду булькнула стрела, за ней другая.
– Быстро отсюда!
Диверсанты живо погребли прочь, часто оглядываясь на разожженный ими пламень. Сосновый бор на другом берегу Олкоги отсвечивал стволами, крепость четко выделялась на фоне красно‑оранжевого зарева, а диверсанты заплывали в тень, которую отбрасывали стены и башни.
– Так вам! – заорал Асмуд хевдинг, нарушая режим тишины. – Испробуйте горелого!
Гомерический хохот невидимок разнесся над темными водами Олкоги, тишая и теряясь в громовом реве пламени.
Глава 11
1
Эйрик конунг в гневе прошелся по берегу Ала‑дьоги. Флота больше не было. Пять драккаров с обожженными бортами стояли у дальней пристани – все, что удалось спасти. Эйрик криво усмехнулся. Спасти! Ветер просто переменился, вот и все спасение!
Ярлы, оставшиеся без лодий, уныло топтались на вымолах, следя за хускарлами. Те, бранясь по‑черному, цепляли баграми остовы недогоревших драккаров и сплавляли их в Олкогу. Противный сизый дым стелился над Ала‑дьоги, как утренний туман, выедая глаза и бередя душу. Войско толпилось на пригорке, шаталось по Торгу, роптало и шепталось. Еще бы им не шептаться! Пришли, увидели, победили, добыли немало, поделили справедливо, и что теперь?! Как вернуться с добычей? На чем?!
Эйрик затравленно оглянулся. Куда ни посмотришь – всюду гарь. Город перестал существовать – одни фундаменты, сложенные из камней, выглядывали из серой золы. Воздух наполнился удушливым чадом, и никакой ветер не мог развеять этот запах.
Конунг вздохнул, напряг чресла. Нормально… Боль в паху отпустила Эйрика, чему он был рад несказанно, так теперь новая напасть! Он привел в Гарды шесть тысяч войска, осталось четыре. Вопрос, однако, не в счете погибших. Как ему вывести живых? Пешком чапать по враждебным лесам? А море им как перейти? По воде, как Распятый, коему поклоняется Вади ярл?
– Дюк! – кликнул Эйрик.
Славянин подошел вразвалочку.
– Лагерь разобьем ближе к крепости, – распорядился конунг.
Дюк кивнул понятливо.
– И пусть те, кто за стенами, меняются местами с теми, кто в шатрах.
– Справедливо! – согласился Дюк.
– В дозор выставляй по сотне днем, по две – ночью.
– Понял, конунг!
– Даль! Уббе! Торольв! Гейр!
Названные ярлы неторопливо приблизились.
– Выберите из своих людей самых проворных, – резко заговорил Эйрик, – и пошлите в Алаборг, в Гадар, к карелам, куда хотите… Пусть ищут лодьи – любые! Скедии, снекки, да хоть рыбацкие карбасы. Нам все сойдет! А ты, Уббе, возьмешь один из драккаров… «Морского коня» возьми! И дуй в Бирку – приведи сюда купцов. Всех подряд – фризов, пруссов… Всех! Лишь бы на кораблях. Понял?
– Понял! – расплылся в улыбке Уббе ярл.
Остальные тоже повеселели – не все для них кончено!
– Поборемся еще? – бодро спросил Торольв.
– А ты думал? – хмыкнул Эйрик. – Готовь ребят‑лесовиков, прочешем лес по этому берегу. Всех, кого найдем, сгонять сюда. Гейр! Собери ледунг и дай им работу – пусть ставят крепкие загоны для трэлей!
– А скоро и арабы пожалуют! – потер руки Даль Толстый. – Мы им меха – они нам серебро! Мы им рабов – они нам золото! О‑хо‑хо‑хо!
– Короче, Торольв! – подвел черту Эйрик. – Готовься! Я сам поведу отряд.
